– Ну да, – согласилась она. – Ты, кстати, не голоден? Ты можешь есть человеческую еду?

– Последний раз я ел крысиное рагу, которое приготовило дикое индейское племя, живущее в береговых катакомбах. Я ужасно изголодался.

– У меня есть половинка тушеной курицы в остром йогуртном соусе, домашний хлеб и кофейный пирог с маком от Грановской.

Джоанна ненавидела готовить, но отлично умела выбирать еду в лучших городских точках доставки на дом.

– Курица звучит просто великолепно, – сказал я.

– Еще что-нибудь нужно, милый?

Она произнесла это так нежно, с таким искренним, сердечным сочувствием, что перед глазами у меня все поплыло и горло перехватило.

Ох, Джоанна! Почему же я был таким эгоистичным идиотом?

Но сентиментальничать было некогда. Хотя моя бывшая жена и держалась твердо, несомненно, она чувствовала себя очень неуютно. Я должен был ее успокоить – иначе от нее не добьешься никакой пользы.

Пользы…

Вот она, единственная причина, по которой я к ней явился – разве нет? Не ради убежища и утешения, не ради дружеской поддержки… Только чтобы получить с нее некую пользу в своем донкихотском походе против халуков. Так что нельзя отступать от цели.

– На твоем телефоне есть двенадцатая фаза шифровки?

– Ну да… Правда, я ее никогда не использовала. – Она вздохнула. – А что, нам предстоят шпионские приключения?

– Позвони в судебный отдел Секретариата по межпланетной торговле. Оставь срочное голосовое сообщение для главного суперинтенданта Беатрис Манган. Она возглавляет отдел молекулярной биологии СМТ и знает все про полуклонирование.

– Да, я помню, кто она такая. Она была одним из основных свидетелей в открытых сессиях делегата Сонтага, освидетельствовала труп полуклона.

Я продолжал:

– Покажись на видеоэкране и оставь свои координаты, после чего передай для Беа просьбу как можно скорее перезвонить тебе домой, как следует запаролив линию.

– Упомянуть о тебе?

– Нет, ни словом. Пока я не добьюсь доверия окружающих, моими устами будешь ты. Как угодно, не говоря о нашей ситуации ничего определенного, заставь Беа приехать к тебе завтра утром, как можно раньше. Пусть опасается слежки. Я не хочу, чтобы она рисковала и приезжала ночью. Халуки, несомненно, наблюдают за ней. Потребуй, чтобы она захватила с собой оборудование для генетического анализа и телефон с прямой линией СМТ.

– Я понимаю, куда ты клонишь. ДНК могут подтвердить твою личность.

– И более того – Беа может доказать, что халукские изменения моей геномы – результат противозаконной процедуры клонирования.

– Как ты собираешься это доказывать – через прессу?

– В том числе. Сейчас на очереди более срочные дела. Я провалялся в дистасисе семь месяцев, нужно срочно войти в курс происходящего, прежде чем что-то предпринимать. И в этом мне понадобится твоя помощь, Джоанна… если ты согласишься.

– Конечно. У меня хорошая библиотека справочных данных, могу обеспечить тебя любой информацией.

– Как только Беа Манган освидетельствует мою личность, я собираюсь встретиться с депутатом Сонтагом и со своим помощником Карлом Назаряном – может быть, еще с Евой и с отцом. Вместе мы должны разработать стратегию борьбы против синекожих. Не волнуйся, мы не станем использовать твой дом в качестве штаба – я не стану подвергать тебя опасности. Я и так уже это сделал своим приходом сюда.

– Я вполне готова рискнуть, Адик, – просто возразила она. – Ради того, чтобы тебе помочь.

Ее неожиданная верность ошеломила меня до потери речи.