— Это что, намек на то, что ты хочешь сменить тему? — Он вручил ей баночку с клубничным джемом.

— Меня все время поражают твои способности к проницательности, — одарила она его сияющей улыбкой.

— У меня есть еще парочка кое-каких способностей, впрочем, у тебя столько врожденных предубеждений против таких мужчин, как я, что ты не дашь себе ни шанса изучить их, не так ли?

— Если ты говоришь о том, как ты, кажется, прочел вчера мои мысли…

Кавена раздраженно покачал головой. — Вчера не было никакой телепатии. Я только сопоставил вместе несколько фактов и понял, что, должно быть, это ты звонила домой. Тогда я собрался съездить на побережье, чтобы тут же повидаться с тобой. Рано или поздно я решил бы появиться. Нет, Ким, я не ссылаюсь ни на какие сверхъестественные способности. Я говорю о более конкретных. Например, хотел бы я иметь шанс доказать свою способность удовлетворить тебя в постели.

Кимберли одним глотком осушила горячий кофе и со стуком грохнула на стол чашку.

— Как же, дождешься. Если ты думаешь, что я буду с тобой спать в обмен на защиту, ты с таким же успехом можешь сразу выматываться отсюда. Я сама о себе позабочусь.

Изумрудные глаза Кавены мгновенно вспыхнули от надменной ярости.

— Когда я решу спать с тобой, ведьмочка, то это будет на моих условиях, а не на твоих. И ты можешь биться об заклад, что мои условия не включают секс в обмен на защиту. Ты не единственная, кто имеет несколько жестких правил по части отношений, но я определенно не прибегаю к покупке женщины ни за деньги, ни за покровительство, ни за что-либо еще. Мы поняли друг друга?

Кимберли слегка закусила нижнюю губу, узрев этот надменный гнев.

— Я не хотела тебя оскорблять, — холодно извинилась она.

И это была правда. Она вовсе не собиралась с ним враждовать. Просто он слишком на нее давил.

— Ужасно, — язвительно проворчал он, дотянувшись до кофейника. — Может, мы все-таки наладили какой-то мистический канал связи. По крайней мере, ты довольно хорошо понимаешь меня, чтобы знать, когда следует пойти на попятную.

ГЛАВА 4

Вид «Виноградников Кавены» и винодельни мог бы послужить в качестве образца для живописной открытки с изображением винодельческого поместья долины Напа. Плавные изгибы холмов, покрытые рядами ровно подрезанных виноградных лоз, окружали стоящий в центре дом, похожий на французский замок. От магистрали через виноградники вплоть до винодельни вела тенистая аллея. Кимберли восседала на пассажирском сиденье породистого «ягуара» Дариуса Кавены, когда он свернул с магистрали и направился к главной усадьбе. По мере приближения к дому она ощущала истинную настороженность, гораздо большую, чем следовало ожидать.

— Все выглядит так, словно стоит здесь уже лет эдак двести, — наконец, заметила она, внимательно осмотрев два главных здания, выстроенных в архитектурном стиле французской провинции.

— Не совсем, — откликнулся Кавена. — В шестидесятых годах мой отец воздвиг помещение винодельни. Три дня в неделю оно открыто для посетителей. Да и главное здание я построил два года назад. Недостаточно времени, чтобы войти в семейную историю.

— Но твоя семья занимается виноделием здесь в Калифорнии вот уже несколько поколений, не так ли?

— Более или менее, — неопределенно бросил Кавена.

Брови Кимберли сошлись в прямую линию.

— Ну, сейчас-то это выглядит определенно «более», чем «менее».

Земли казались плодородными и процветающими, прекрасно ухоженными и, несомненно, приносящими прибыль.