Когда соорудили большой костер, кто-то из мужчин занялся приготовлением ужина. Скоро воздух наполнился запахами жареного мяса и ароматной похлебки. Я почувствовала, как в моем животе заурчало в предвкушении предстоящей трапезы. Когда окончательно стемнело, раздали ужин. Я с удовольствием поела горячей похлебки вприкуску с куском мяса, отдававшим запахом костра. Поглядывая за мужчинами, рассевшимися у костра, я глазами нашла Ворона, сидевшего в окружении Серко и Холдора. И мне вновь показалось, что он выглядит совсем не важно. Я вскинула удивленно брови, но про себя решила не особо заморачиваться раздумывая над тем, что происходит с колдуном.

Ночь на острове прошла относительно спокойно. Прибой убаюкивал и я, кутаясь от холода в одеяла, смотрела на звезды, опрокинутые над головой и медленно засыпала.

Над горизонтом занималась заря. Но спящий лагерь еще дышал снами, они кружились над людьми, подобно призрачным птицам, иногда задевая того или иного своими крыльями и тогда человек беспокойно ворочался или счастливо улыбался — все зависело от того, какой сон он сейчас видел. У костра, взметнувшего свои огненные руки к небу, сидели несколько человек. Серко подбросил в огонь полено, которое тот час объяло пламя. Селла протянула к теплу свои былые руки. Холдор задумчиво смотрел перед собой, ничего не видя, погруженный в собственные мысли.

— Я, наверное, чего-то не понимаю, — внезапно подал голос Саймур и посмотрел на сидевшего рядом Ворона. Бледность постепенно сходила с лица последнего, как ночь отступала перед появлением зари на востоке. Бренн повернул к говорившему свое лицо.

— Что ты не понимаешь? — спросил он, — Скажи, и я тебе с радостью все объясню, — в голосе прозвучали нотки сарказма, но Саймур их проигнорировал.

— Почему ты не скажешь своей ученице правду и не решишь все, пока не стало слишком поздно? — произнесла вместо брата Селла.

Ворон вздохнул.

— Я не хочу торопиться, — сказал он, — Девушка должна привыкнуть ко мне. У меня будет только одна попытка и я просто не могу рисковать.

— Ты был глупцом, оставив ее на попечение Радомира, — вставил свое слово Холдор, — Если бы ты сразу забрал ее с собой, то все сейчас было иначе. Подумать только, у тебя было целых два года, чтобы заставить ее привыкнуть к тебе, возможно, она даже полюбила бы тебя, но ты потерял эту возможность! Теперь, когда ее сердце занято у тебя слишком мало шансов! Позволь мне напомнить тебе о том, сколько осталось у тебя времени…

— Еще целый год, — возразил Ворон спокойно.

— И ты так равнодушно об этом заявляешь? — воскликнула Селла и добавила, — К тому же не целый год, а несколько месяцев, и они пролетят быстрее, чем ты думаешь.

На некоторое время воцарилось молчание. Потом заговорил Серко. В его голосе прозвучала печаль.

— Если ты не успеешь, учитель, то даже зелье Заррона больше не сможет тебе помочь. Да и даже сейчас оно уже почти не действует. Я же вижу, что происходит. Оно убивает тебя.

Бренн поднялся на ноги. Остальные проводили его глазами, когда он отошел от костра, перешагивая через спящих и направился к морю, где встал, обратившись лицом на восток, встречая рождающееся солнце. Селла вздохнула, глядя ему во след, а Серко поднял вверх руки и с силой хлопнул в них.

Теперь все, кто спал, вышли из оцепенения. Колдовство развеялось, как утренний туман.

Глава 9

Как оказалось, этот привал на острове был единственным на протяжении всего пути. Больше мы ни разу не остановились и просто продолжали плыть на север, придерживаясь прежнего курса.