— Ждать, — промолвила она дрожащим голосом.

Где-то далеко на западе, в верховьях реки, над темными вершинами холмов сверкнула молния, за ней пророкотал раскат грома. Хьюго вернулся к лошади и посмотрел на Элис.

— Ждать? — удивился он. — Что ты имеешь в виду? Кого ждать?

Девушка истерически засмеялась и громко ответила:

— Гроза приближается.

Она взглянула на запад. Несколько больших капель лениво упало сверху, потом еще и еще.

— И что?

— Вода прибывает, — пояснила Элис.

Голос ее сорвался, и она снова захохотала так, что уже больше не могла говорить, по ее лицу текли слезы.

— Вода прибывает, — наконец продолжила она. — Пока вы ждете здесь, где сухо, она ждет там, внутри. И слушает.

Хьюго смотрел на девушку, разинув рот.

— Слушает? — повторил он как эхо.

— Она услышит рев поднимающейся воды подземного озера, услышит журчание всех текущих к ней ручейков, потом почувствует, как поток воды омоет ей ступни, потом лодыжки, потом доберется до колен. — Элис секунду помолчала. — Она может попробовать выбраться, но голова упрется в каменный потолок пещеры, а вода-то будет подниматься все выше, пока не достигнет головы, и деваться ей будет некуда, и дышать — нечем. В пещере останется только вода.

— И она утонет под землей! — догадался Хьюго.

Лицо Элис побледнело от страха. Голос ее был тонок, и выглядела она как безумная. Она указала на полосу веток, соломы и мусора, обозначавшую границы разлива — линия тянулась вдоль берега на целый ярд выше входа в пещеру, — и воскликнула, захлебываясь от смеха:

— Смотрите! Ничто не может выплыть оттуда. Ничто и никто! Главное — сторожить вход, и гроза сделает за вас всю работу. Дождь станет палачом. Река разольется и исполнит ваш приговор. Море конец! Она погибнет так, как боялась больше всего.

ГЛАВА 19

Минуту длилось молчание, и минута эта казалась бесконечной, потом снова сверкнула ослепительная молния, очертив геометрию дальних холмов на западе, раздался глухой раскат грома. Яркое, как гнилушка, небо приняло зеленовато-желтый оттенок, и с запада, клубясь, надвинулись черные как ночь тучи.

Хьюго посмотрел на Элис. Лицо ее исказилось и сделалось безобразным, сердце бешено колотилось. Думала она только об одном: как выжить, как избежать обвинения в колдовстве, которое за всем этим непременно последует? Дикий смех ее отнесло в сторону угрожающим порывом ветра, гнавшим грозу прямо к ним, но она все еще плакала.

— Перестань, — успокаивал ее Хьюго.

Он снял кожаную перчатку и вытер с ее щек слезы.

— Я испугалась, — пожаловалась Элис.

Когда до ее щеки дотронулась ладонь молодого лорда, она повернула голову и прижала к ней губы.

— Чего испугалась? — мягко промолвил он. — Я не сделаю тебе ничего плохого.

— Да, — кивнула Элис. — Я знаю.

— Тогда чего ты испугалась?

— Ее. — Девушка кивнула в сторону темной пещеры. — Мора слепила каких-то кукол, заявила, что они станут выполнять все ее приказы, что если она сделает куклам больно, то и живым людям станет больно.

— Я видел, — отозвался Хьюго. — Мерзость ужасная.

— Да, ты видел, как она вытряхнула их из сумки, открыла сумку и вытряхнула их, — всхлипывала Элис. — Она хотела стать хозяйкой замка, получить власть над твоим отцом, над тобой и миледи и надо мной тоже. С помощью этих кукол.

Хьюго посмотрел на Элис, по его лицу пробежала тень суеверного страха.