— Я пойду вместо нее, — вызвалась она.

Набросив на плечи темную накидку, надвинув на голову капюшон, она последовала за карликом в комнату старого лорда. В темном углу лестницы они столкнулись с лордом Хьюго, который не скрывал, что их поджидает. Он протянул руку и остановил их вопросом:

— Где Элис?

И такая страстная тоска, такое томление звучало в его голосе, каких Кэтрин еще не слышала. Она откинула с головы капюшон. Худое лицо ее пылало ненавистью, глаза горели торжеством.

— Я так и думала, — бросила она с ядовитой злобой. — Я так и знала.

Хьюго отступил назад.

— Сударыня, я…

Управляющий и Хьюго обменялись быстрыми взглядами, и карлик заспешил наверх к покоям старого лорда, не желая вмешиваться в семейный конфликт.

— Не стоит притворяться, — гневно продолжала Кэтрин. — А я все удивлялась: откуда у этой девки влияние и на тебя, и на старого лорда? Теперь поняла: она спала с вами обоими. — Губы Кэтрин исказились. — Спала с обоими! Он спал с ней, потому что впал в старческий маразм, а ты просто ни одной юбки не пропускаешь. Как только я увидела ее в платье той шлюхи, сразу поняла, что к чему. Но я ждала, наблюдала. Ты глаз с нее не сводил, и мне стало ясно, что у тебя на уме. Господь все видит, а я на это достаточно насмотрелась. Господь видит, как ты пялишься то на одну, то на другую, как гнусно ухмыляешься и облизываешься. Как ты глядел на нее! Как тащил на руках с праздника! До самой постели донес, верно? И заплатил этой дуре Элизе, чтобы она отвернулась. Заплатил, чтобы притворилась слепой, а потом наврала мне и смеялась надо мной в кулачок. Заплатил, чтобы она помогла этой девке!

Кэтрин кинулась на мужа и залепила ему звонкую пощечину. От удара голова Хьюго покачнулась, но на ногах он устоял.

— А как же я? — Страстный шепот Кэтрин сменился приглушенным криком ярости. — Как же я? На меня ты так никогда не смотрел! В мою комнату с такой улыбочкой никогда не входил! Каждая девка в замке может похвастаться, что ты раздевал ее своим гнусным, похотливым взглядом. Каждая потаскушка в городе, каждая деревенская девка раскидывала перед тобой свои грязные ноги, а на меня, на свою законную жену, ты и внимания не обращал! — Кэтрин схватила мужа за плечи. — На меня ты даже не смотришь!

Молодой лорд безмолвствовал. Слезы потекли по щекам миледи; она изо всех сил трясла его и повторяла:

— На меня ты не смотришь.

Но Хьюго стоял неподвижно, как скала, даже не пошевелился.

— О боже! — воскликнула она с неожиданной страстью. — Хьюго, сделай и со мной то же, что ты делаешь с ней. Возьми меня прямо здесь.

Она шагнула в тень, в укромное местечко рядом с лестницей, лихорадочно задрала платье, потом схватила шнурок на его штанах, притянула его за гульфик, придвинулась бедрами к этой украшенной вышивкой детали мужского туалета и застонала, как только жесткая ткань коснулась ее.

— Сделай же это, сделай немедленно, — отчаянно проговорила она.

Хьюго оттолкнул ее и отпрянул. Несмотря на мрак, он прекрасно видел ее застывшее, словно вырезанное из камня, лицо.

— Ну хватит, — спокойно произнес он. — Я не тронул эту девушку, не бойся и не слушай, что там болтают твои дуры. Я пальцем ее не коснулся. Донес до кровати, снял с нее платье, накрыл пледом и ушел.

Леди Кэтрин пошатнулась, будто он наотмашь ее ударил. Она отпустила и расправила задранный подол. Дышала она еще тяжело, но ровный голос мужа подействовал на нее, как холодная вода. Лицо ее побелело и стало напоминать маску.