— Аринка, прости! До Нового года точно не выйдет. Мне ещё один проект надо срочно доделать. А в понедельник придётся в командировку в Старый Оскол смотаться вместо отца. Папаня на комбинате завяз, не сможет вырваться.

— И сегодня не приедешь? — тихо спросила Дивеева.

— Прости, Ариш, никак!

— Тебе хотя бы немного поспать надо.

— Какое там поспать! Проект надо закончить. Если только прямо за ноутом усну, — улыбнулся Литвинов.

— Вадим, нельзя же сутками не спать!

— Ничего со мной не сделается. Сейчас надо момент ловить. В конце года многие конторы стараются деньги освоить, заказы делают. Надо иметь запас на случай, если придётся сидеть без работы.

— Вадь, вы с отцом никогда не останетесь без работы. Таких спецов, как ты и Сергей Иванович, можно по пальцам пересчитать.

— Аринка, это же замечательно, когда много работы! Мужчина должен зарабатывать, семью обеспечивать. Скажи, разве я не прав?

— Прав, конечно, — грустно согласилась Арина. — Только, Вадь, — у девушки от тоски неожиданно осип голос, — я очень скучаю.

— Не обижайся, пожалуйста! Давай я завтра попробую вырваться к тебе на часок.

— Нет, Вадюш, таких одолжений мне не надо, — отвердела голосом Арина. — К тому же завтра я работаю. Завершай свой проект и не забывай отдыхать.

— Арин, зачем ты про одолжение?

— Прости, — торопливо извинилась она. — У меня временами возникает такое чувство, будто я тебе навязываюсь, отвлекаю, мешаю.

— Ариш, не говори ерунды! Ты прекрасно знаешь, я тебя люблю!

— Не уверена.

— Ну хватит, — безжалостно перебил её Вадим, — давай отложим выяснение отношений до другого раза.

— Может, нет никакого смысла их выяснять, — заключила Арина, с болью подумав о предстоящем предложении Илоне. — Мы и увидимся, наверное, только у Матусевичей.

— Скорее всего, — облегчённо, как показалось Арине, вздохнул Вадим.

— Ладно, счастливо тебе всё доделать. До Нового года!

— Спасибо, Ариш! Не обижайся, ладно? Я тебя люблю!

— Не буду. Пока!

Глава 4

Арина познакомилась с Вадимом чуть больше года назад.

Однажды, возвращаясь домой в одиннадцатом часу в маршрутке, Литвинов услышал позади разговор двух парней.

— Слышь, вон та, глянь, выходить сейчас будет. Прикид у неё…

— Пуховик да джинсы.

— Да не эта, другая! Возле двери. Секи, шуба норковая, сумка. Может, брюлики в ушах, отсюда не вижу.

— Блин, пока эти брюлики пристроишь!

— В сумке бабло есть.

— Сейчас бабки у всех на карточке.

— Бабы всё равно наличку носят. Это у мужиков как не было копья в кармане, так и сейчас нет.

— Ладно, пошли за ней.

Женщина в чёрной норковой шубе, с кожаной коричневой сумкой, с ярко-синим, отороченным золотистой каймой шёлковым платком на голове с интересом посмотрела на молодого человека. Она приметила его сразу, как только тот вошёл в маршрутку пару остановок назад. Рост выше ста восьмидесяти, длинные крепкие ноги в джинсах и стильных зимних ботинках, кожаная тёмно-коричневая куртка с меховым воротником. Головного убора на нём не оказалось. На коротко подстриженных тёмно-русых волосах поблёскивали редкие снежинки, от которых через несколько секунд не осталось и следа.