|
Жесткое лицо пошло морщинами, словно кора дуба. - Ты прекрасно обошелся и без меня. - Мне непонятно, как тебе это удалось, - удивленно воскликнул Милон. - Они же определились с решением уже заранее, перед коллегией. Пибус должен был настоять, чтобы ты уничтожил оружие, после чего тебя собирались выдать паукам. Доггинз передернул плечами. - Все они поголовно болваны и трусы. - Ты не совсем прав, Билдо, - с легкой укоризной заметил Симеон. - У них действительно были причины для беспокойства. Подумай, как все могло обернуться, не отыщи вы жнецы. Вас бы умертвили, а наш город обложили бы кольцом и взяли измором. - Ты думаешь, мне это не ясно, -рассудительно произнес Доггинз. - Я как представлю, что могло стрястись, так у меня просто волосы дыбом! Но все сложилось по-иному, а эти дураки в коллегии ничего не видят. Они не могут понять, что пути назад нет. Симеон кивнул. - Вот почему я и решил присоединиться к тебе. Но при всем при этом главная проблема остается у нас нерешенной: куда мы направимся? - Прежде чем начнем это обсуждать, - сказал Доггинз, - у меня есть нечто, о чем вам всем необходимо знать. В этот момент отворилась дверь, вошли двое ребятишек с подносами и поставили их на стол. На одном была еда, на другом - большой керамический кувшин с пятью кубками, также керамическими. Когда Доггинз накренил кувшин, Найл с удовлетворением отметил: тот наполнен тем самым прозрачно-золотистым напитком, что пил он на ладье. Но, едва пригубив, ощутил внезапно острую грусть: вспомнилось об Одине. Внезапно Найл почувствовал, что стал старше на целые годы. - Так ты это всерьез насчет похода в другие земли? Доггинз, грызущий жареную фазанью ножку, кивнул. - Если понадобится. А может, и не понадобится. У Уллика в глазах мелькнула надежда. - А почему нет? - Из-за кое-чего, про что я узнал перед самым заседанием, - повернувшись, он поглядел на Найла. - Скажи им. Найл повторил, как ему удалось побывать в Белой башне, не скрыв и того, что с ним происходило, когда лежал в машине умиротворения. И когда рассказал, опять вдруг испытал странное ощущение, будто находится в двух местах одновременно: в той уютной комнате и в более прохладном, но вместе с тем и более волнующем реальном мире. Он с ошеломляющей убедительностью ощутил, что люди большей частью живут в мире чувственных иллюзий, но умы у них способны проникать за их завесу в объективную реальность. Он так был поглощен своими ощущениями, что сам едва замечал, как рассказ действует на слушателей. И лишь прервавшись ненадолго, чтобы смочить пересохшую глотку, обнаружил: говорит-то он уже с полчаса, а никто не прервал его ни единым возгласом. Первым нарушил тишину Доггинз: - Теперь вам понятно, почему я не желаю уходить? Мы не вправе допустить, чтобы все эти знания пропали без толку. |
