– Так, теперь они на полу… Ух ты, ну надо же, как она его!..

– Робин, нас Милтон зовет. Видимо, Калеб и Перл уже поднимаются.

Но Робин не сдавался:

– Ну и какого черта? Никогда такого не видел, разве что в зоопарке, у обезьян… Эта люстра у них, видать, крепко приделана к потолку!

– Робин! Идем же!

Стоун ухватил друга за плечо и потащил к двери.

– Да идем же!

Ему удалось дотащить друга до лестницы, хотя Робин сопротивлялся и все время стенал. Они спустились на первый этаж в тот момент, когда Калеб и Перл выходили из лифта.

Милтон метал в Стоуна и Робина разъяренные взгляды за то, что они спустились в самый последний момент, а книготорговец выглядел подавленным, тогда как Калеб весь лучился торжеством.

– Я, конечно, понимаю, какой это был шок, – сказал он, похлопывая Перла по плечу. – Но я ведь предупреждал вас, что это оригинал!

– Значит, это действительно издание 1640 года? – спросил Стоун.

Перл тупо кивнул:

– И я держал его в собственных руках, вот в этих самых руках я его держал. – Он рухнул на стул. – Я там чуть сознание не потерял. Шоу пришлось мне водички принести.

– Все мы делаем ошибки, – заметил Калеб сочувственным тоном, который, правда, совершенно не соответствовал его широкой ухмылке.

– Нынче утром я звонил во все учреждения и организации, у которых имеется это издание «Книги псалмов», – сказал Перл. – В Йель, в библиотеку конгресса, в церковь Олд-Саут в Бостоне – повсюду. И все они подтвердили, что их экземпляры на месте. – Он вытер лицо платком.

Калеб стал рассказывать:

– Мы проверяли книгу по всем параметрам аутентичности, поэтому так и задержались.

– Я пришел сюда, уверенный в том, что это подделка, – признался Перл. – И хотя мы проверяли всю книгу, я с первых же страниц понял, что она настоящая. Я уверен в этом, хотя бы по качеству печати. Печатник иногда разбавлял краску, иначе на печатных элементах образовывались бы ее сгустки. Во всех первых изданиях можно увидеть кляксы и мазки засохшей краски между отдельными буквами, что делает их трудными для прочтения. Тогда еще не было принято смывать краску с печатных литер. И другие признаки, характерные для первого издания, – все тут, на месте. Все на месте, – повторил он.

– Конечно, аутентичность этого экземпляра должна быть подтверждена группой экспертов, которые проведут стилистический, исторический и научный анализ, – заметил Калеб.

– Совершенно верно, – согласился с ним Перл. – И все же я уже знаю, каково будет их заключение.

– Что существует двенадцатый уцелевший экземпляр «Книги псалмов»? – уточнил Стоун.

– Именно, – тихо подтвердил Перл. – И что он находится в собрании Джонатана де Хейвна. – Он покачал головой: – Невозможно поверить, но он мне никогда об этом не говорил. Иметь одну из редчайших книг в мире, которую не могли заполучить самые выдающиеся коллекционеры! И держать это в тайне. Почему? – Он безнадежно посмотрел на Калеба. – Почему, Шоу?

– Не знаю, – признался Калеб.

– И на сколько нечто в этом роде может потянуть? – осведомился Робин.

– Потянуть?! – воскликнул Перл. – Потянуть? Да она бесценна!

– Ну если ее захотят продать, то кто-то должен будет предложить за нее какую-то цену…

Перл встал и принялся расхаживать взад-вперед.

– Цена будет такая, какой окажется самое высокое предложение на аукционе.