— Смотрю на него и не понимаю. Вроде простое дерево на каркасе, крепёж из железа, ни одного золотого гвоздя не вижу, так почему он такой дорогой?! — скривился Дайон. Скряга не понимает, что за бронёй и паром будущее! Он считает этот проект моей блажью.

— Не дороже денег! — хмыкнул я — Зато ни у кого такого нет!

— Ну да, счастливые люди… — тонко подколол меня мой «завхоз».

— Не нуди Дайон. Ты и про клипера так же говорил. А сейчас это самые быстрые в мире суда! Наши дети уже будут ходить по морю без парусов и не полагаясь на причуды природы и силу ветра. Вот увидишь, это случится ещё при нашей жизни — рассмеялся я. Настроение было хорошее.

— Вы не приняли предложение короля Франции — соскочил со скользкой темы Дайон — я так и предполагал. Но зачем нам союз с Францией? Я хоть и француз, но даже мне понятно, что если и искать союзников, то точно не среди моих соотечественников. Сейчас как никогда сильна Англия. Можно написать письмо их королю и попробовать примерится. Всё таки вы можете им вернуть Ямайку, в обмен на покой и протекторат.

— А ты стал политиком Дайон! — рассмеялся я — а где тот канонир, который собирал черепашьи яйца на берегу моря, что бы не протянуть с голоду ног?

— Там же, где и русский гардемарин, который с голой жопой плавал на разбитый корабль, стараясь найти хоть какие-то припасы — улыбнулся француз. Когда мы с ним одни, он может себе позволить шутить со мной. Мы пережили с ним столько, что стали почти роднёй. На публике же он предельно вежлив и старается соблюдать субординацию.

— Верно! — я хлопнул бывшего канонира по плечу — мы не стоим на месте, а растём и развиваемся. На твой же вопрос я отвечу так. С Англией у нас мира не будет! Что бы мы ни делали, как бы ни старались, мы для них всегда будем врагами. Ты посмотри вокруг, кто тут у нас? Ирландцы, шотландцы, французы, индейцы, креолы, метисы. Кого тут только нет! Мы все, в том числе и русские, для них мусор и грязь. С нами можно не церемонится и обманывать не стесняясь. Такова натура англосаксов. Это у них в крови. Они хотят править миром, и не желают идти на компромиссы. И отдать Ямайку я им не могу, попросту по тому, что мы не контролируем там ситуацию. Вряд ли мароны захотят снова одеть рабские цепи и вернутся на плантации, только потому, что я им так прикажу. Они признают себя моими подданными и бьются с колонизаторами из-за того, что у нас запрещено рабство! Франция же по факту нам как союзник не нужна, и тут ты прав. Толку от Людовика, как от козла молока. Он не сможет обеспечить безопасность наших торговых путей. Нет у него на это сил. Но всё же он нам нужен. И нужен очень сильно!

— Зачем?! — не понял меня Дайон.

— Подписание союзного договора с Францией, это наша путёвка в большой мир. Это признание! Признание нас в качестве независимого государства. Если нас признает Людовик, то признает большинство Европейских стран. Всего три года прошло как мы тут, и такой шанс упускать нельзя. Следующего придётся потом ждать десятилетиями — выдал я главную причину своего желания найти общий язык с Королём Солнца.

— Вона чё! — Дайон на мгновение превратился снова в необразованного канонира, утратив напускной лоск, который он на себя старательно наводил стараясь соответствовать должности — я даже не подумал об этом!

— Признаться честно, я тоже не ожидал такого подарка от Людовика. Видимо дела у него идут не очень, раз он делает такое предложение мне. Еретику! Первоначально в моих планах было наладить контакты с Россией и первым получить признания у царя, и возможно даже стать его подданным. Русский царь любит море и флот. Я мог бы его ему предоставить.