— Ты был прав Мэт, остров есть, только вот совсем крохотный и необитаемый. Кроме птиц и черепах тут никто не живёт, но и это не плохо! Я теперь точно знаю где мы находимся и куда нам плыть — с повернулся к своей команде — идём туда, по крайней мере сможем пополнить свои запасы и подготовится к дальнему переходу!

В лагуну мы вошли через узкий пролив между двух больших островов. Узкий риф, который обрамлял лагуну, создавал грубый неполный круг вокруг двух основных островов атолла и войти в лагуну можно было только тут, или же с противоположной стороны, рискуя наскочить на мель и рифы. Я знал, что нас ждёт, а вот у команды ещё теплилась надежда, что на островах есть полноценная жизнь. Как минимум они рассчитывали на встречу с аборигенами. Но скоро ни у кого не осталось сомнений, что острова пусты. В лагуне не было признаков разумной жизни. На небольшом островке, к которому мы пристали, единственными следами человека были обломки разбитого корабля, которые пролежали тут, наверное, с сотню лет, а единственным звуком — неумолчный гул прибоя, хлопанье птичьих крыльев и противные вопли альбатросов. Весь остров, насколько хватало глаз, был усеян гнёздами птиц и их хозяевами. Повсюду перья и скорлупа старых, высиженных яиц. Тут просто неисчислимые запасы удобрения, под названием гуано!

Лица парней снова стали угрюмыми, они подавленно молчали и только так же молча выполняли мои команды. Вельбот немедленно был вытащен повыше на берег, куда не доставал прилив.

— Чего приуныли парни? Или вы тут остаться жить хотели что ли? Лично я хочу домой, и я домой попаду! — обвёл я взглядом мужиков — Мэт!

— Да господин Виктор — встрепенулся боцман.

— Из парусов и вёсел соорудите палатку. Нужно набрать дров для костра, поймайте пару альбатросов и наберите яиц, сегодня будем пировать! — отдал я команду — А мы с тобой пойдём обломки осмотрим, может найдём чего ни будь полезное.

Стряхнув с себя оцепенение, мужики взялись за работу, а мы с боцманом отправились к кораблю. Мы шли через остров, буквально отпихивая со своего пути ногами птиц, которые не покидали свои гнёзда при нашем приближении. Огромные альбатросы, величиной с большого лебедя, расправляли крылья и щёлкали изогнутыми клювами, показывая нам, что готовы до конца защищать своё потомство. При этом эти великаны на нас не нападали, а только затрудняли движение, преграждая своими телами путь. Я первый раз видел, чтобы гнезда так плотно стояли друг к другу, я буквально шёл по ним, так как свободного пространства почти не оставалось.

Когда-то это был японский, корейский или китайский корабль. Сейчас его истлевшие останки представляли собой только груду деревянных обломков, из которых торчали сгнившие шпангоуты, полузасыпанные песком. О принадлежности судна говорили его странные обводы и резная голова дракона, что когда-то украшала нос корабля. Как он сюда попал? Вопрос останется без ответа, можно только предполагать. Скорее всего от берегов Азии его пригнал сюда шторм, а может быть он плыл через океан специально, пытаясь найти новый континент. Об этом мы не узнаем никогда, даже если кто-то из членов экипажа и выжил в кораблекрушении, то они уже давно мертвы, ведь было это много десятков лет тому назад.

— Тут нет ничего полезного, только большая груда дров — Мэт скептически осмотрел обломки — доски прогнили, такелаж истлел, их даже на ремонт вельбота нельзя использовать.

— Да уж… — я кивнул я головой — и тем не менее, надо попытаться откопать содержимое трюмов. Истлело дерево, возможно железо тоже ржавчина съела, но медь должна была сохранится в целости. У нас ведь даже котла или кастрюли нет, а тут что-то подобное быть должно! Кроме того, у нас всего два ножа на всех, так что я буду рад любому острому куску металла.