— Получается, полиция тут ни при чем?

— Нет. Однако я уверен, что теперь они тобой займутся, причем вплотную. Я получил лишь неофициальное предварительное извещение.

Ноги больше не держали Джеффа, и юноша без сил плюхнулся на стул.

— В таком случае, почему мне не говорят, кто выдвигает против меня обвинения — если речь идет о представителе компании?

Нунез обошел свой стол и встал перед Джеффом.

— Джефф, честное слово, мне и самому неизвестно его имя. И я рад, что оно мне неизвестно. Причины я тебе уже назвал. Если, как ты утверждаешь, в записке содержатся ложные обвинения, возникшие по каким-то личным мотивам, это обязательно выяснится. Возможно, даже прежде, чем будет объявлено слушание. Сейчас я могу посоветовать тебе только одно — раз уж ты не хочешь поведать мне о своих проблемах: оставайся в городе и работай так же хорошо, как и прежде. С моей  точки зрения, ты всегда честно относился к своим обязанностям.

Джефф печально посмотрел на него и сказал:

— Мне очень жаль, мистер Нунез, но я и в самом деле не могу  вам ничего сказать!

Вернувшись домой после работы, Джефф немного остыл, а его гнев превратился в холодную решимость. Он включил коммуникатор и вызвал Центральную базу данных.

— Я бы хотел узнать имена крупнейших держателей акций Административно-хозяйственной корпорации в Гринвилле.

— Понятно, сэр. Вы желаете получить устный или видеоответ?

— Распечатку.

Джефф подождал, пока появится листок с нужной информацией. Оказалось, что двадцать человек владеют больше чем одним процентом акций компании. Несколько имен он знал, но одно сразу бросилось в глаза (не самое большое количество акций, но все-таки в первой четверке) — советник Уоррен.

Джефф прекрасно понимал, что не может просто так взять да и ворваться в кабинет советника или помчаться к нему домой. И потому он нажал на кнопку: «Городские официальные лица».

— Я житель Гринвилла. Мне нужно поговорить с советником Уорреном.

Наступила короткая пауза, во время которой раздалось несколько щелчков — просьба передавалась по инстанциям. Затем его спросили:

— Скажите, пожалуйста, какое у вас дело к советнику Уоррену?

На экране появилось лицо человека лет тридцати. Наверное, один из секретарей.

— Личное, — ответил Джефф. — И не имеет никакого отношения к политике или делам города.

Секретарь бросил быстрый взгляд направо, по-видимому, прочитал имя Джеффа и остальные данные, появившиеся на другом экране.

— Вы знакомы с советником Уорреном?

— Нет. Я его ни разу не видел. Назовите ему мое имя и скажите, что я намерен с ним поговорить, чего бы мне это ни стоило.

Брови секретаря поползли вверх, он заморгал, а затем еще раз посмотрел на монитор, стоящий справа, — по-видимому, переправлял копию разговора в управление полиции. Джеффу было все равно. Он ждал.

На лице секретаря еще раз промелькнуло удивление, а в следующую секунду прозвучал новый голос, хотя экран оставался пустым:

— Я советник Уоррен. Мне было страшно интересно, когда вы со мной свяжетесь, молодой человек. О чем вы хотели поговорить?

Как Джефф ни старался, ему не удалось заставить себя успокоиться.

— О том, что вы пытаетесь со мной сделать! И о том, что я скажу по этому поводу, когда придет время!

Наступило молчание, а потом прозвучал голос советника, в котором слышалось недоумение:

— О том, что я пытаюсь с вами сделать? Мне казалось, я еще ничего такого  не предпринимал, хотя, должен признаться, подобные мысли мне в голову приходили…

— Если вы не назначите мне встречу, — прорычал Джефф, — я подстерегу вас в каком-нибудь парке или другом публичном месте.