А так, чтобы в гости заехать, посидеть, поболтать – не дождешься.

– Ты же знаешь, некогда, – комбат опустился в одно из кресел для гостей и, глядя прямо в глаза полковнику Панфилову, сказал, – Достань мне сводку происшествий, начиная от прошлой пятницы и кончая сегодняшним днем, Не сложно для тебя?

– Ты себе представляешь, Борис, что это такое?

– Представляю.

– Это документ.

– Знаю.

– Только смотри, потом, если какая проблема, я тебе этой сводки не давал, а ты ее в глаза не видел.

– Заметано.

Полковник Панфилов поднялся из-за стола и посмотрел на комбата.

– Я тебя сейчас здесь минут на пятнадцать запру.

Клаустрофобией не страдаешь?

– Смотри, если не придешь вовремя – двери высажу! Не люблю ждать.

– Ты хотя бы минуть пять сверху подожди, а потом выламывай.

Мягко защелкнулся замок, и Борис Рублев остался один в кабинете полковника Панфилова. Комбат развернул к себе монитор, на котором застыл человечек с ружьем. Он стоял на составленных в штабеля ящиках, а вокруг него суетились мерзкие существа и с каждой минутой их становилось все больше.

– Не настрелялся еще Василий, – пробормотал Борис, с отвращением глядя на экран.

Хозяин кабинета появился раньше, чем обещал. Он нес в руках целую охапку бумаги – длинную ленту шириной с машинописную страницу, всю испещренную мелким убористым текстом.

– Вот тебе сводки, Борис. Если поможет – рад буду. А теперь не мешай.

Полковник Панфилов подвинул к себе клавиатуру.

Человечек с ружьем ожил, расчищая себе дорогу к следующему штабелю ящиков.

Комбат, тяжело вздохнув, расправил бумагу длиной метров пять, и принялся читать ее с самого начала. Сперва он пытался прочесть о каждом происшествии, но узнав подробно о десяти кражах, трех попытках изнасилования, одном убийстве, Борис Иванович сравнил объем прочитанного с тем, что еще осталось прочесть.

«Если и дальше так пойдет, – подумал он, – сидеть мне здесь до завтрашнего утра».

Теперь он только принимал во внимание номера упоминавшихся в отчете машин, фамилии, основные события, адреса.

Панфилов, дождавшись, пока комбат доберется до первой трети списка, несколько раз кашлянул.

– Ты уже прочел?

– Вон еще сколько осталось.

– Ты про убийство на Коллекторной прочел?

– А что там такое?

– Дойдешь – читать охота отпадет.

– Мне, Василий, не до развлечений.

– Хорошее развлечение, – рассмеялся полковник, – муж пьяный домой пришел, а когда жена с тещей его донимать начали, схватил нож и каждой по сто ранений нанес. А потом жене груди вырезал, половые органы отчикал, теще матку с мясом вырвал в холодильник затолкал и спать улегся. В той же комнате, с трупами.

– Не впечатляет, – спокойно ответил Борис Иванович, медленно перебирая в пальцах бумагу.

– Это потому, Борис, что ты мужик. Вот и не впечатляет. Я своей жене как рассказал, она сразу притихла. Вот уже четвертый день как шелковая, даже ботинки мне чистит и мусор выносить не просит.

– Мне пугать некого.

– До сих пор не женился? – искренне изумился Панфилов. – Если лет через пять не женишься, пиши – пропало.

– И не тянет, – отозвался комбат и перешел к событиям среды.

– А вот это уже и тебя проймет, – засмеялся полковник, откидываясь на спинку кресла и потирая гладко выбритые щеки.

– Ничего меня не проймет! Ты же знаешь, Василий, я толстокожий.