– Заигрались мы, Валик, душ на пол упал, всю ванную залило, в коридор потекло.

– Нет у меня для тебя тряпки.

– Что же делать?

– Бери свои шмотки, ими и вытирай.

Парень вновь захихикал и побежал в ванную, шлепая босыми ногами по линолеуму.

– Эй, Катька, Валик сказал, чтобы я твоими трусами воду вытер!

– Да я тебе сейчас дам! Они и так мокрые, на полу лежали!

– Значит, ничего с ними не станется.

– И долго нам еще здесь быть? – тихо поинтересовалась Наташа, все-таки рискнув попробовать вяленого мяса.

– Это уж как получится, – отвечал комбат.

Картинка на экране вновь ожила.

– Такой, как эта, – комментировал Валик, – можно не то что руку, но и голову «туда» всунуть.

И хотя не прозвучало никакой конкретики, все поняли, о чем идет речь.

– Голову не голову, а руку он ей туда точно всунет, по локоть.

– Откуда ты знаешь?

– Что, я других фильмов не смотрела?

– Это же тебе не какое-нибудь немецкое дерьмо, а самое что ни на есть крутое российское любительское порно – такое, чтобы и слизь была видна, и корочки…

– Фу! – девушка поджала губы.

– Что «фу»? Небось, сама пищать будешь от счастья, когда я тебе кулак засуну!

– Не влезет, – покачала головой девушка.

– А попробовать?

– Пробовала.

И тут Наташа вздрогнула. Комбат, впервые оказавшийся в этой квартире, произнес громко и отчетливо:

– Не спорьте, ребята, он туда не одну руку засунет, а две руки сразу.

Валик обернулся, несколько раз моргнул, не понимая, кто это оказался в его квартире. К тому же, судя по всему, новые гости расположились здесь достаточно давно, во всяком случае, перед ними стояли тарелки, бокалы. Комбат выглядел для этого интерьера настолько колоритно, что Валик даже не сразу заметил Наташу.

– А ты кто такой?

– Не ты, а вы, – спокойно отвечал Борис Иванович. – На брудершафт мы не пили.

– Кто вы? – абсолютно неосознанно исправился Валик Гришан.

– Для кого Борис Иванович, для кого – комбат.

Наташа застыла с куском мяса, надетым на вилку. На экране телевизора актер, как и предвидел комбат, вначале запустил в толстуху одну руку, затем вторую.

– Ну что я говорил? – послышался голос Бориса Ивановича, и он указал на экран.

– Правду сказал твой комбат Борис Иванович, – сказала девушка.

– Какой он мой! – возмутился Валик. – Кто их пустил?

– Я, – послышалось с дивана. – А что здесь такого?

Ты же сказал, к тебе должны еще прийти.

– Ну не хрена себе! – Валик поднялся и перешел к столу. – Ты, – сказал он и тут же осекся, – вы, комбат там или как вас, какого черта у меня здесь делаете?

– Ты Валентин Гришан? – спросил Борис Иванович.

Тот, уже успев немного протрезветь, кивнул.

– А кто же еще?

– Мало ли кто…

Наташе хотелось тут же подняться и уйти, убежать.

Она-то надеялась найти покой и безопасность, а Борис Рублев втянул ее в какие-то новые аферы.

– Так вот ты, падла, как выглядишь! – дружелюбно проговорил комбат, пододвигая к себе бокал и наливая в него тоник.

От такой наглости у Гришана язык отнялся.

– Ты.