Сдвинутый бульдозером песок исчезал в небольшом, но глубоком озерце. Дно карьера располагалось низко, ниже водоносных горизонтов, поэтому в дальнем его конце и выступили грунтовые воды.

Все это Червонец быстро окинул взглядом, затем стал пристально рассматривать четыре вагончика-бытовки, возле которых примостился старенький автобус «КАВЗ». Взглянул на часы.

– Через полчаса они закончат работу, через час уедут отсюда.

Дулеб кивнул.

– Точно так, сам три раза проверял.

– Смотри, если ошибешься… – покачал головой Червонец.

Тхор присел на корточки, сорвал травинку и принялся ковыряться ею в зубах.

– Пломба, черт, выскочила! Теперь всякая дрянь застревать стала.

– Чего новую не ставишь? Денег жалеешь? – поинтересовался Червонец.

– Времени нет.

– Ничего, будет у тебя время. А главное – будут деньги.

Пружина, специалист по замкам, держался чуть в стороне. Он не очень-то понимал, зачем, собственно, его притащили сюда, к карьеру. Даже если и есть здесь какой-нибудь сейф, то его квалификация на порядок выше, чем секретность простенького замка. Правда, после прокола с девушкой, оказавшейся в квартире Андрея Рублева, он помалкивал. Ему всегда могли придомнить допущенную им грубую ошибку.

– Пожрать принеси, – бросил ему Червонец, не отрывая своего взгляда от карьера.

Пришлось Пружине подчиниться. Он отошел ко второму джипу, немного поговорил с ребятами, которые пока еще тоже не понимали, какая именно задача возложена сегодня на них, затем поднял заднюю дверцу джипа и извлек большую плетеную корзину, накрытую белой полотняной салфеткой. С такой обычно выезжают на пикник.

Червонец терпеливо ждал, пока его люди расстелют на земле скатерть, предварительно собрав из-под нее шишки, расставят еду, пластиковые одноразовые тарелки, стаканчики. Он любил повсюду устраиваться с комфортом и жалел только об одном: нельзя сейчас включить музыку и выпить спиртного. Это сняло бы стресс. Но он никогда не ходил на дело под градусом. Единственное, что сегодня Червонец позволил себе выпить – это минералку и апельсиновый сок.

Мужчины уселись на траве, подстелив куртки, благо солнце еще светило, согревая их, и принялись есть. Червонец с отвращением смотрел, как его люди жадно поглощают пищу, забывая о существовании вилок, ножей, причмокивая, отрыгивая. Сам-то он ел так, словно сидел в первоклассном ресторане, хотя и орудовал всего лишь пластиковым ножом и пластиковой вилкой. Все было подано в холодном виде: копченое мясо, лаваш, помидоры, перец. Все в упаковке, прямо из магазина.

– Эх, пивка бы! – мечтательно проговорил Дулеб, с отвращением отпивая полстакана минералки.

– А чем тебе минеральная вода не нравится? – спросил Червонец.

– Газированная, от нее живот пучит.

– Пучит – так отойди подальше от стола.

– Все равно ветер от вас ко мне дует, – осклабился Дулеб, поджимая под себя ноги и устраиваясь по-турецки. – Запах несет.

В правой руке он держал надкушенный кусок мяса, в другой пластиковый стакан, неумело, тремя пальцами, рискуя его смять и разлить воду на скатерть.

– А то от пива у тебя не пучит – тоже ведь, газы!

– Не знаю, – пожал плечами Дулеб. – Вот шампанское, лимонад всякий только выпью – сразу живот как барабан натянутый делается.