— А отец говорил у меня енерал! А потом рвал рубаху и бил себя в грудь … Только помню, что стены с обоями. — Попробовал он прорычать под Высоцкого. Нет, хрипотцы не получилось. Получилось … Хрень получилась.

Ворошилову ещё два года руководить наркоматом обороны, Снимет — повысит его Сталин лично. За дело. По итогам Финской или Зимней войны. Наркомом станет Тимошенко. А Климент Ефремович станет заместителем председателя Совета народных комиссаров СССР и председателем Комитета обороны при СНК СССР. Не Сталин, как многие считают. А именно Ворошилов. А потом и вообще станет по факту первым лицом государства — Председателем Президиума Верховного Совета СССР с марта 1953 до мая 1960 года. Наверное, много плохого и хорошего совершил, но одного у него не отнять. Он вырастил четверых приёмных детей, не имея своих. И среди них Героя Советского Союза — лётчика истребителя Тимура Фрунзе.

Провели Брехта, усадили в приёмной, и час заставили просидеть, как на иголках. Там шло совещание в кабинете наркома. Если знал, что будет занят, то зачем назначил? Или что-то важное случилось? Или умышленно, чтобы проникся?

Выходили командармы и комдивы по одному, Брехт никого не знал, всех Ежов заменил, методом выкорчёвывания. Вышел и Тимошенко. Кивнули друг другу. Встречались, когда Брехта в Испанию отправляли. Командарм, наверное, и не запомнил, но на приветствие кивнул. Последним окутываемый клубами табачного дыма вышел сам Ворошилов,

— Пусть проветрится. Надымили мы.

— Здравия желаю, товарищ народный комиссар, — вскочил Брехт.

— А — Герой. Пропал и не пишет писем. — Поздоровался за руку. — Зря тебя вызвал, сейчас в Кремль уже собираться надо, разве, давай на ходу поговорим. Завтра тебя награждать будут. Ты, там лишнего не говори. Сам будет. Много вас испанцев будет. Да, комбриг, а ты где служить дальше хочешь? Опять на Дальнем Востоке, ты ведь что-то там по танкам предлагал?

— На Дальнем востоке. Товарищ маршал, а можно я на Харьковский тракторный съезжу перед отбытием в часть? Хочу посмотреть на новый танк. — Надо ведь попасть на Украину, там четверо детей, ну, три с половиной. Федька только по наивности ребёнок, а так жердь выше Брехта.

— Удачно. Тут комиссия собирается через три дня туда ехать от наркомата. Во главе с Тимошенко. Я тебя в неё как эксперта включу. Всё, комдив, бывай.

— Комбриг.

— Точно. Не утвердили на комдива, думали погиб. Исчез же. А вот не исчезай. Свободен до завтра. В Кремле встретимся.

Нет, ну, ёшки-матрёшки. Комдивом ведь мог стать, не затей пострелялок. Эх. Нет, знал бы даже, не переиграл. Всё правильно сделал. Звание заработает. Зато войну отсрочил, Германию ослабил и Бжезинского наставит на нужную дорогу. Всё правильно …

Комдив. Жаль.

Событие пятьдесят первое

- Ты че эту медаль нацепил? Да ты знаешь, что люди за эту медаль кровь проливали?

- А ты думаешь, мне её дедушка просто так отдал?

Сталин, по википедиям всяким, должен был быть маленького роста. Почти так и было, когда он прошёл перед строем, то был на полголовы ниже Брехта. Мягкие сапожки, грузинские, наверное, без каблуков. Брехт же был в сапогах со специально чуть более высокими каблуками, сегодня только в мастерской обувной нарастили. Родной рост сто семьдесят пять сантиметров, и каблук почти пять: итого — сто восемьдесят. Выходит, Сталин совсем даже не сто пятьдесят два. Чуть больше ста шестидесяти даже. Вот, наверное, сто шестьдесят два. Одет в тот самый китель полувоенный бело-серого цвета как в фильмах. Трубки ни во рту, ни в руке нет. Пожимать руки героям не стал, поприветствовал словами и ушёл в президиум Свердловского зала Кремля. Длиннющий белый стол. Кроме него, там Ворошилов, Федько, Молотов, Микоян ещё человек пять.

Брехт стоял в ряду будущих Героев Советского Союза почти последним.