Ударом ноги распахнув дверь каюты, Диллон с яростью посмотрел на молодого помощника капитана капера и, направив на него тяжелый пистолет, спросил:

— Вы сдаетесь?

— Oui, monsieur, — дрожащим голосом отвечал юноша.

— На палубу, — приказал Диллон, мотнув головой. — Мерфи, Бассел, Томсон, Кинг, забейте крышки люков. Навались! Дэвис, Чемберс, Вуд, потравить шкоты. Эндрюз, вынести кливер-шкот на ветер.

Лейтенант кинулся к штурвалу, убрал с дороги убитого и повернул руль. «Санта Лючия» стала медленно уваливаться под ветер, затем все быстрее и быстрее. Посмотрев через плечо, Диллон увидел, как на «Софи» развернулись брамсели, а затем почти одновременно фок, грот-стаксель и косой грот. Наклонившись, чтобы фок шнявы не мешал обзору, он увидел, что корабль, находившийся впереди него, начал поворот через фордевинд, чтобы лечь на другой галс и спасти захваченное судно. На его борту царило оживление; бурная деятельность была видна и на трех других судах конвоя: матросы бегали вверх и вниз, слышались крики, свистки, раздавался приглушенный бой барабанов. Однако при таком слабом бризе, с таким малым количеством парусов они двигались словно во сне, медленно описывая предсказуемые кривые. Повсюду разворачивались паруса, но суда конвоя не успели набрать хода, и из-за их медлительности у Диллона создалось странное ощущение тишины. Однако в следующее мгновение тишина эта была нарушена, когда «Софи» с развевающимися флагами прошла слева мимо носа шнявы, передав оглушительное «ура» абордажной партии. Лишь у нее перед носом имелась заметный бурун, и с чувством гордости Джеймс увидел, что на всех парусах уже выбраны шкоты, они наполнены и хорошо тянут. Гамаки появлялись на палубе с невероятной быстротой. Он увидел, как два из них упали за борт, а на квартердеке, вытягиваясь над гамачными сетками, Джек приподнял шляпу и воскликнул, когда они проходили мимо:

— Отличная работа, сэр!

Абордажная партия прокричала ответное «ура» своим товарищам, и жестокая атмосфера готовности убивать и умирать, царившая на борту шнявы, мгновенно разрядилась. Матросы вновь грянули «ура», а из внутренностей шнявы, из-под люков, раздался общий ответный вой.

«Софи» под всеми парусами шла со скоростью близкой к четырем узлам. «Глуар» двигался со скоростью, которой едва хватало для того, чтобы он слушался руля, и уже начал поворот, постепенно спускаясь под ветер, в результате чего подставил бы свою незащищенную корму под огонь орудий «Софи». Менее четверти мили разделяло суда, и расстояние это быстро сокращалось. Но француз был не дурак: Джек увидел, как на французе крюйсель обстенили, а фока-рей и грота-рей поставили ровно, уваливая корму под ветер, чтобы корабль стал поворачивать в противоположную сторону, так как руль вообще уже не действовал.

— Думаю, слишком поздно, друг мой, — произнес Джек.

Дистанция между судами уменьшалась. Триста ярдов… Двести пятьдесят…

— Эдвардс, — произнес он, обращаясь к комендору ближайшего к корме орудия. — Дайте выстрел перед носом сетти.

Ядро на самом деле прошло через фок сетти. На ней потравили фалы, паруса опали вместе с ходом, а какая-то фигура торопливо бросилась к корме, чтобы поднять свой флаг и решительно его опустить. Однако заниматься этим сетти уже некогда.

— Круче к ветру! — скомандовал капитан.