Доннола ойкнула и чуть не подпрыгнула, когда из зеркала выскочила вторая крыса, точная копия первой. Вторая крыса свирепо набросилась на первую, и та ответила ей тем же. С внезапной, просто-таки безумной яростью грызуны кидались друг на друга, кусались и катались по полу тугим клубком, быстро превратившимся в кровавый. Воздух звенел от крысиного визга.

— Прекратите! — в ужасе взмолилась Доннола. Она взглянула на Ловкие Пальцы, который, оправдывая свое прозвище, уже водил рукой по воздуху.

Он сотворил рассеивающее заклинание, воздух замерцал от магической энергии, и одна из крыс попросту исчезла.

— Что это? — выдохнула девушка.

— Зеркало Вражды, — пояснил Периколо. — Всякий, кто заглянет в него, увидит там свою точную копию, которая выйдет из зеркала и затеет бой.

— И оно до сих пор содержит в себе мощнейшую магию, хотя явно было разбито и пролежало на дне морском лет сто, — добавил Ловкие Пальцы.

— По преданиям у Темной Души было такое, — заметил Периколо.

— И вы нашли это?.. — Доннола замолчала и ткнула пальцем в точку на морской карте.

Периколо мрачно кивнул:

— Обломки корабля лича. Я уже некоторое время подозревал это. А теперь у меня есть способ добраться до него.

Доннола кивала, слушая, потом глаза ее начали округляться, по мере того как до нее доходил смысл. Концовка «способ добраться до него» просто зазвенела у нее в голове.

— Ты же полюбил его как сына, запротестовала она, едва владея собственным голосом.

Периколо смотрел на нее сначала, казалось, с удивлением, но потом — с добродушной улыбкой.

— А ты — и того больше? — парировал он.

Доннола в ответ расхохоталась, но ее дед не перестал усмехаться.

— Ты что, будешь отрицать, что любишь Паука? — осведомилась Доннола.

— С чего бы? Я принял его в свою семью, как если бы ой был моим родным сы... внуком, — ответил Периколо. — Его отец живет в купленном мною доме и на деньги учрежденного мною же фонда.

— И все же ты собираешься послать его туда, — холодно заметила Доннола. — Ты отправишь, его в бездну искать этот затонувший корабль.

— Опасность — это часть жизни, девочка моя, и важная часть. Никогда не забывай об этом!

— Ты пошлешь его на смерть!

— Я не приемлю такого определения! Долгие годы я искал утраченные сокровища Темной Души, и теперь они мои, они у меня в руках!

— Благодаря Пауку.

— Да.

— Значит, это сокровище для тебя дороже... — начала Доннола, но осеклась, увидев вспышку гнева в глазах Периколо.

— Именно любовь к парнишке заставляет меня предложить ему это, — возразил Дедушка. — О, будь у меня этот его дар генази! Из всех моих приключений, из всех побед и трофеев это затмило бы все, как огромная луна затмевает солнце!

— И опасностью затмило бы тоже?

Периколо фыркнул:

— Я же посылаю тебя каждую неделю в логово песчаных шакалов, хотя люблю больше, чем кого бы то ни было.

— Это же совсем другое, — запротестовала Доннола. — Я старше и опытнее.

— Но не тогда, когда начинала, — парировал Периколо. — Вспомни, моя прелестная внучка, сколько тебе было, когда ты впервые отправилась на бал в Дельфантле? Кажется, это случилось до твоего шестнадцатилетия, а Пауку уже почти на два года больше. К моменту когда тебе исполнилось столько же, ты уже побывала на множестве подобных сборищ в этих гадюшниках, и не раз эта балы заканчивались тем, что в ближайшем переулке обнаруживался труп, верно? И ты к своему восемнадцаталетию, с моего благословления и поощрения, уже ограбила с дюжину дворцов, обчистила карманы у половины лордов Агларонда и убила трех ассасинов, причем двух — в одном бою! Должен ли я был спрятать Доннолу в доме, как теперь мы прячем Паука?

Она хмыкнула, но ответить было нечего.