— Ну вот что, — сказала она громко, — или вы объявитесь, или я ухожу! Что за дела…

Она не успела договорить.

Под потолком зашелестела, разгораясь, лампа дневного света. Ее тусклое свечение озарило тесноватую комнатку со стоящими в ряд у стены глухими кабинками.

Дежкина с изумлением увидела прямо перед собой стенд с пустыми ячейками и надписями: «ПОКУПКА», «ПРОДАЖА», «КУРС ВАЛЮТ».

Это был, надо полагать, обменный пункт.

— Третья кабинка, — донесся вдруг из динамика металлический голос.

В первую минуту Клавдия не сообразила, что означают эти слова, настолько все происходящее было невероятным.

— Войдите в третью кабинку и затворите за собой дверь, — распорядился тот же голос.

«Что же это такое?..» — в который раз задала себе вопрос Дежкина, на который не было ответа.

— Войдите в третью кабинку и закройте за собой дверь, — повторил голос, и Клавдии не оставалось ничего другого, как подчиниться.

Она вошла.

Прямо перед ней, на уровне груди, находилось зарешеченное оконце и еще кроме решетки изнутри — жалюзи.

За узкими горизонтальными просветами нельзя было ничего разглядеть — чернота.

— Представьтесь, — приказал голос. Как и прежде, он доносился из динамика под потолком комнаты, однако Клавдия догадалась, что говоривший находится за темным оконцем.

Ей показалось даже, что она ощущает на себе тяжелый взгляд чьих-то немигающих глаз, от которого по спине побежали мурашки.

— Принято, чтобы мужчина представлялся первым, — ответила Дежкина.

— Как зовут?! — гаркнул голос.

Клавдия не ответила.

— Дежкина Клавдия Васильевна, — невозмутимо продолжал голос, — следователь Московской городской прокуратуры. Верно?

Клавдия пожала плечами. Зачем спрашивать, если и так все известно.

— Ваша осведомленность делает вам честь, — с усмешкой произнесла она.

— Назвать домашний адрес, номер телефона и паспорта, имена домочадцев и место их работы и учебы? — спросил голос.

— Спасибо, я помню.

— Превосходно. Надо полагать, вы успели правильно оценить ситуацию и не потребуется говорить о том, что этот разговор может иметь для вас самые серьезные последствия. Будьте благоразумны, и ни с вами, ни с вашими близкими ничего не случится.

— Это шантаж?

— Отнюдь. Простое разъяснение правил игры.

— Насколько мне помнится, я ни с кем и ни во что не собиралась играть.

Клавдии послышался хохоток. Или это показалось?

— Странно, а как же ставки в букмекерской конторе?

Ого! Выходит, невидимый противник и вправду владеет более чем исчерпывающей информацией.

Клавдия с трудом удержалась, чтобы не выразить свою досаду.

— У каждого человека есть свои маленькие слабости, — она даже попыталась беззаботно улыбнуться.

— Как же, как же… В гастрономы ходите, как на экскурсию, потому что денег маловато. Но все же урезаете семейный бюджет для ставок на тотализаторе. Интересно, что бы сказал об этой маленькой слабости Федор Иванович?

Дежкина твердо решила больше не удивляться осведомленности собеседника и сделала вид, что пропустила последнюю фразу мимо ушей.

— Вы пригласили меня затем, чтобы обсуждать подробности моей семейной жизни? Давайте ближе к делу.

Возникла пауза. Казалось, некто за зарешеченным окошком тянет время, не зная, что сказать.

— Итак?.. — напомнила о себе Дежкина.