Придется Андропову с Горбачевым помогать, выбора больше особого нет. А эта моя сегодняшняя попытка просто авантюра на ровном месте — нужно себе это честно признать.

Поэтому я уселся на велосипед, да закрутил педали в сторону квартиры.

Билеты на поезд в Таллин подружкам перед выездом в райком занес, как раз их смена в овощном началась.

— Могу и не поехать. Тут три комплекта, если что, возьмите с собой кого-то еще. Нет, не заболел, есть проблемы, — так довольно скупо ответил я на все расспросы сразу же заинтересовавшихся девчонок.

Волги серой около дома и за моей спиной все не видно, впрочем, меня могут и на другой машине пасти сейчас, но я даже не пытаюсь ее вычислить.

Упорно делаю вид, что ничего не подозреваю и ни к чему такому вообще не готов.

Подъехал немного запыхавшийся к подъезду, хорошо выложился на маршруте и только соскочил с велика, как сзади скрипнули тормоза машины.

— Точно за мной! Ведь никто следом не ехал вроде! — сразу догадался я.

— Бессонов? Вы задержаны! — хлопнули двери и два ловких молодца, одинаковые с лица, уже оказались рядом, один легко махнул книжечкой в красной обложке.

Бежевые Жигули шестерка стоит у них за спиной, там еще сильно могучий по внешнему виду водитель за рулем.

— Задержан? Странно. Что сейчас делаем? — спокойно спрашиваю я.

Вижу, что удивил своим спокойствием оперативника, что не пытаюсь убежать или хотя бы заплакать.

— Сейчас поднимемся наверх и осмотрим квартиру, — меня крепко взяли под руку и подтолкнули в подъезд.

— А велосипед? — удивленно спросил я, бросив мимолетный взгляд на немытые стекла овощного магазина.

Видят там мои подружки, как меня забирают или нет? Лучше бы заметили, тогда поймут, что я никуда точно с ними не поеду.

— Не переживай, принесут твой велосипед.

— Он не мой, — решил я сразу же отказаться от имущества.

— А чей же? — удивился

— Хозяйки, — коротко ответил я. — Просто попросил покататься по комсомольскому поручению.

На это мне ничего не сказали. Наверно, и документов на обыск или осмотр у комитетчиков нет, но я не стану особо заострять этот вопрос. Пусть быстро посмотрят и убедятся, что у меня вообще ничего интересного нет.

То есть, что ничего не осталось.

Удивятся, конечно, однозначно, еще поймут, наверно, что я успел все распихать, пока они с улицы за мной наблюдали.

Что я их все же вычислил и что я совсем не так прост, как прикидываюсь.

Или спекуляция мне не принесла денег особо, только на дорогие джинсы и кроссовки заработал. Ну, еще на новую тахту тогда могут внимание обратить, холодильник я успел переставить на кухню, он там выглядит так, как будто всегда стоял.

Им, чтобы хоть немного прикинуть мои обороты — нужно много с кем в магазинах серьезно переговорить, на это много времени потребуется. Разговорить комитетчики могут всех, конечно; и Свету, и Таисию Петровну, и работников магазинов, знающих меня с определенной стороны, и моих родителей тоже.

Ну, мне главное Свету прикрыть, хотя она скоро вернется в комнату, когда начнет работать, там и общагу прикроют на летние каникулы. Да и участковый ее может вспомнить, когда в магазине увидит, так точно признает. Ну, мне пока хотя бы на время ее прикрыть, может у меня это получиться.

Так я и пошел с присмотром наверх, где не стал открывать дверь ключом, а позвонился, чтобы их сразу не забрали.

Таисия Петровна открыла не так быстро, уже привыкла к тому, что я сам бегаю всем открываю.

— Ох, кто это с тобой, Игорь? — удивилась она при виде незнакомых лиц.

— Милиция, Таисия Петровна.