Loading...
Изменить размер шрифта - +
Удобные кресла, специально сконструированные с таким расчетом, чтобы беременным женщинам было удобно поднимать свои утяжеленные тела. И три энергичные инструкторши, готовые ответить на любые вопросы, дать пояснения и прийти на помощь. Они же по желанию будущих мамаш могли здесь приготовить витаминные салаты.

«Беременные женщины, — заметила Ева, — только и знают, что едят и бегают в туалет».

Двойные двери сзади, еще одна дверь впереди, слева от экрана. Жаль, что она не может сбежать отсюда.

Ева незаметно впала в сомнамбулическое состояние. Она была высокой, стройной женщиной с короткими остриженными темно-каштановыми волосами. Черты ее лица, сейчас довольно бледного, были четко очерчены, большие, янтарного цвета глаза были полузакрыты. Плечевая кобура была незаметна под темно-зеленым жакетом. Кашемировым, поскольку он был куплен ее мужем, в отличие от Евы знающим толк в хороших вещах.

Она думала о том, как поедет домой и смоет пережитое за последние три часа по меньшей мере литром вина, когда Мэвис схватила ее за руку.

— Даллас, смотри! Ребенок выходит!

— А? Что? — Глаза Евы широко раскрылись. — Как? Уже? О боже! Давай, Мэвис, дыши глубже.

Все вокруг разразились смехом, когда Ева вскочила на ноги.

— Да не мой ребенок! — Мэвис, хихикая, погладила себя по огромному животу. — Тот ребенок!

Ева подняла глаза на экран и увидела, как орущее, извивающееся, покрытое слизью существо выскальзывает между раздвинутых ног несчастной женщины.

— О, черт! О боже! Ужас!

Ева поспешно села, опасаясь, что ноги откажутся ей служить и она просто рухнет. Пусть ее считают неженкой, ей было уже все равно: она нащупала руку Рорка. Он стиснул ее руку, и она почувствовала, что его ладонь покрыта липким потом, как и ее собственная.

А люди вокруг нее захлопали! По-настоящему хлопали в ладоши и радостными криками приветствовали вопящее, скользкое существо, которое опустили на опавший живот его матери, между ее огромных, налитых молоком грудей.

— Ради всего святого… — прошептала Ева Рорку. — Просто средневековье какое-то, неужели они не могут найти более гуманный способ?!

— Аминь! — еле слышно прошептал в ответ Рорк.

— Ну разве не чудо? Это же супер, просто отпад, конец света! — На ресницах Мэвис, на сей раз сапфирово-синего цвета, блестели слезы. — Это мальчик! Ой, посмотри, какой чудный…

— Воздух, — шепнул Рорк на ухо Еве. — Мне нужен воздух, или я задохнусь.

— Это все беременные женщины, мне кажется, они высасывают весь кислород. Придумай что-нибудь, чтобы мы могли уйти отсюда. Я думать уже не могу, у меня мозги не функционируют.

— Держись ко мне поближе. — Он подхватил ее под руку и притянул к себе. — Мэвис, мы с Евой хотим пригласить вас с Леонардо перекусить где-нибудь в ресторане. Можем предложить что-нибудь получше здешнего угощения.

Ева уловила нотки напряжения в голосе мужа. Впрочем, она не сомневалась, что никто другой не различит в его голосе ничего, кроме легкого ирландского акцента.

Гул оживленных женских голосов обволакивал Еву. Будущие мамаши, переговариваясь друг с другом, набрасывались на витаминное угощение или устремлялись к туалетам. Стараясь не прислушиваться к разговорам, Ева сосредоточилась на лице Рорка.

Если это лицо не заставит женщину позабыть обо всем на свете, значит, она безнадежна. Рорк был бледнее обычного, но эта бледность лишь подчеркивала синеву его глаз. Его темные волосы обрамляли лицо, как роскошная рама. Роскошный портрет в роскошной раме, словно специально созданный, чтобы ускорять биение женских сердец. А его рот! Даже в ее нынешнем плачевном состоянии Еве нестерпимо хотелось коснуться его губами.

Быстрый переход