Изменить размер шрифта - +
Ты должен был придти вместе со своим братом! Поистине, без темных искусств Ксалтотуна, вы, возможно, не пересекли пустыню или не сокрушили ворота Нифии. Нет, Шакал! Никогда снова твоё лезвие не заберёт жизни невинных.

Смеясь, Черный клинок приблизился с проворством, которое должно было быть невозможным для такого гиганта. Он шагал к неподвижно стоявшему Солнарусу. Другие жрецы, как Милвиус, остались рядом с Солнарусом, нервно следя за залитым кровью, четырехфутовым ятаганом Черного клинка.

Ахеронец отвёл свои руки назад, затем взмахнул лезвием, нанося смертельные удары. Головы двух жрецов Нифии покатились по мраморному полу, из рассечённых шей струей била кровь. Трое других пали убитыми прежде, чем оставшиеся в живых могли даже шелохнуться. Шакал, поражая снова, прервал испуганный вопль Милвиуса, заставляя замолчать. Заостренная сталь проникла через ребра маленького жреца, рассекая его спинной хребет, и разрушая лопатки, разделив туловище пополам.

Черный клинок, вспоров верхнюю половину трупа, и найдя сердце, нанизал его на наконечник ятагана. Усмехаясь злобно в лицо Солнаруса, он поднёс блестящий орган к зубам и оторвал капающий кусок. Облизывая губы, он обильно харкнул кровью в лицо короля-жреца.

— Старик, — рычал он, продолжая жевать. — Теперь, когда Зловещий древний Бог — мой, я получу всё, что в моей досягаемости. Мои армии будут нестись через землю в великолепном потоке крови. Кулак могущественного Ахерона скоро захватит весь мир и заставит замолчать таких хныкающих патетических слабаков как ты.

Он сглотнул и шумно рыгнул. Солнарус не ответил. Кровь от убитых жрецов начала впитываться в низ его забрызганной одежды, но он стоял невозмутимо, не сводя пристального взгляда с лица Черного клинка. Только глаза короля-жреца выдавали эмоцию, его синий глаз, мерцающий как лед, его оранжевый глаз, пылающий как горячие тлеющие угли.

Черный клинок сделал выпад без предупреждения. Его меч полетел через воздух как поразительная змея. Солнарус поднял свою сферу на путь лезвия. Её хрупкая структура разрушилась в брызгах песка. Необузданное жало меча Черного клинка вонзилось в шею короля-жреца, отсекая его голову. Тело упало вперед, но из шеи, откуда кровь должна была бить струей, высыпался только песок. Голова приземлилась вертикально, ее глаза поднялись вверх, чтобы смотреть вызывающе на удивленного Шакала.

— Это конец, Шакал, — насмешливый голос Солнаруса повторил ухмылку его кривящихся губ. — Ты разбил Сферу Душ…, каждое зерно песка — душа, невинная жизнь, взятая твоим околдованным лезвием. Ад ждет тебя, Шакала Ахерона.

Ревущий со скотской яростью, Черный клинок начал топтать и крушить череп короля-жреца кованым сапогом, превращая в груду костей и песка. Он сыпал проклятия и испускал вопли, продолжая растаптывать труп священника- короля, превращая в бесформенную груду, не имевшую никакого сходства с человеком. Два стремительно сделанных шага приблизили на досягаемость руки статую жемчуга, которой он жаждал обладать.

Внезапно жестокий ветер завыл в храме. Свет от прозрачной крыши, испускаемый солнцем, иссяк. Сверху, доносившиеся сверху слабое постукивание походило на дождь, и вопли солдат Черного клинка, вторили этому, отражаясь в храме. Как раз когда ахеронец злорадствовал, радуясь своей добыче, крики солдат сменились приглушенным шепотом и стихли.

Шакал поднял статую из полированного жемчуга высоко в воздух.

— Зловещий древний Бог — мой! Дикий рёв Черного клинка совпал с треском обрушением раскалывающейся крыши. Крыша, треснувшая от веса нагромождённого песка, засыпала наивного колдуна с мечом черепками, хороня его в песчаной могиле. Его предсмертный вопль затих в круговороте, вопящем шторме песка, охватившим затем всё — храм, мраморные стены, здания.

 

 

 

В течение двадцати трех дней ветер неуклонно бушевал, погружая Священный Город Нифия в истинное море песка.

Быстрый переход
Мы в Instagram