— Вы мне поможете, если вспомните и подробно опишете тех, кто тогда напал на профессора.

— Но ведь прошло два месяца. Я уже многое позабыл.

— И всё-таки постарайтесь. Этим вы нам и вправду поможете.

— Ну… хорошо. Я постараюсь…

Воспоминания о сентябрьских событиях заняли почти полчаса. За это время собеседники выпили по две чашечки кофе и съели по три бутерброда. Смирнов был дотошным, въедливым и цеплялся за каждую мелочь, вытягивая из визави даже то, что он и вправду уже позабыл. Капитан изо всех сил старался не проколоться и не выложить лишнего, но ещё больше — чтобы Смирнов не начал подозревать в нём коллегу по службе…

— Ну, вроде бы всё.

Закончив «допрос», Смирнов устало откинулся на спинку стула, а Василевский мысленно выдохнул. После такой беседы он ощущал себя выжатым досуха цитрусом.

— Да, кстати, — внезапно прищёлкнул пальцами Михаил Дмитриевич. — Совсем позабыл. Вы, кажется, говорили Александру Григорьевичу, что работаете в каком-то ЧОПе. А в каком именно, не подскажете?

Капитан внутренне подобрался. Невинный по форме вопрос легко мог разрушить всю его тщательно выстроенную легенду.

— Да вы понимаете… — он сделал вид, что смутился. — В общем, я там уже не работаю. Уволили по сокращению штатов, неделю назад.

— Вот как? — заинтересовался Смирнов. — То есть, по факту, вы сейчас безработный?

— Ну да. Так и есть, — не стал спорить Сергей. — Сижу дома, ищу, куда бы устроиться.

— Любопытно, — бывший чекист внезапно подался вперёд. — А знаете, у меня есть для вас предложение.

— Какое?

— Всё дело в том, что я возглавляю службу безопасности крупной строительной фирмы, и в этой службе имеется пара вакансий.

— Хотите предложить мне работу? — «догадался» Сергей.

— Именно так. Хочу.

— И… какие условия?

— Скользящий график, сутки через трое или по двенадцать часов через день. Сверхурочные регулярные, но оплачиваются по двойному тарифу. В месяц будет выходить примерно вот столько.

Михаил Дмитриевич вынул из кармана блокнот, вырвал листок, черкнул на нём несколько строчек и показал собеседнику. Тот удивленно присвистнул. Цифры были и впрямь неплохие. И должность — не просто «охранник», а «старший специалист».

— Сколько вам надо, чтобы подумать? Суток, надеюсь, хватит?

— Суток?.. Суток, я думаю, хватит.

— В таком случае, жду вашего звонка.

Смирнов поднялся, положил на столик тысячную купюру (этого, как уже прикинул Сергей, хватало, чтобы расплатиться за кофе и бутерброды) и, ничего больше не говоря, направился к выходу.

Капитан проводил его задумчивым взглядом. Надо ли докладывать о разговоре начальству — такой вопрос не стоял. Вопрос заключался в том, как докладывать…

* * *

— Значит, говоришь, сам предложил?

— Так точно, Тарас Степанович. Сам.

— Очень интересно.

Свиридяк оторвался от подоконника, задёрнул шторы и вернулся за стол.

— Знаешь что, капитан. По-хорошему, тебя следовало бы наказать… Догадываешься, за что?

— Да, товарищ полковник. За самодеятельность.

— Правильно мыслишь. Только не за самодеятельность, а за неразумно проявленную инициативу и сокрытие этого факта от руководства.