Послушно выхожу в коридор и протягиваю руки для кандалов. И те не заставили себя долго ждать, совсем скоро сомкнувшись на моих запястьях. И не простые, а специальные для магов. В чем отличие? Простые мне нисколько бы не помешали что-то намагичить, не то что эти.

Они специально созданы, чтобы мешать магу создавать заклинания. Они не блокируют как-то его источник или еще что-то в этом роде, нет, они, наоборот, посылают в его энергосистему магические импульсы с разной периодичностью и мощностью, этим сбивая контроль над создаваемым заклинанием и делая его напитку энергией почти невозможной. Да, есть редкие исключения, настоящие мастера контроля, которые умудряются создавать заклинания, будучи закованными и в подобные кандалы, но большинство магов не такие.

Встряхнув легонько руками, понимаю, что кандалы сидят плотно. А еще — что они в самом деле специальные против магов, а не обычные, просто странно выглядящие. Увы, но это все еще не похоже на чью-то шутку, слишком уж серьезно все. Или это очень плохая шутка, и ее организатору сильно не поздоровится, когда все закончится.

Закрыв дверь камеры, меня куда-то повели. Впрочем, почему куда-то? Я, кажется, знаю, куда мы идем, и это мне совсем не нравится. А идем мы в допросную. Приходилось мне там бывать, вот только ни разу в роли допрашиваемого. И почему-то мне кажется, что эта роль мне вообще не понравится.

Бывало, что меня допрашивали. Да вон взять хотя бы прошлое дело с караванами, когда я потом еще кучу времени в столице проторчал, но там все было совсем не так.

— Заходите, — приказал один из стражников, когда мы остановились у двери в допросную. Сами они почему-то заходить внутрь не спешат. А должны, обычно стражники заводят арестованного и приковывают там его.

Пожав плечами на все эти странности, открываю дверь и прохожу дальше. В допросной вижу только одного человека, сидящего за столом. Констебль, пару раз пересекались с ним, но близко не знакомы. Кроме него, вижу какие-то артефакты, лежащие на столе. И все, больше ничего и никого бросающегося в глаза.

— Констебль Кас, хорошо, что вы пришли, — произнес он, оглянувшись на меня.

Он это серьезно? Издевается, гад, как будто у меня был выбор. Хотя, судя по его уставшему виду, может, и не издевается.

— И зачем вы хотели меня видеть? — спрашиваю, сев на стул напротив него.

Приковывать меня никто не спешит, и это внушает некоторую надежду на лучшее. Неужели я наконец-то узнаю, что происходит и с чего вдруг я был удостоен такой радости, как сутки в тюрьме?

— Видите ли, в чем дело, Кас, вы обвиняетесь в организации недавнего взрыва в столице.

— Чего⁈ — удивленно восклицаю.

Н-да, такой вариант я даже и не рассматривал. С чего они вообще это взяли⁈ Организация того взрыва? Да какое я к нему имею отношение⁈

— Видите ли, слишком много совпадений. Поэтому вы были арестованы и доставлены сюда для допроса. Начнем, если вы не против?

— А у меня есть выбор? — спрашиваю с усмешкой. Впрочем, смеяться нет ни малейшего желания — ситуация как бы к этому вообще не располагает.

Ничего не отвечая, констебль поднялся со своего места и начал надевать на меня артефакты, лежащие на столе, — массивный амулет на шею, браслеты на руки и ноги и этакую корону на голову. И еще пяток небольших металлических кругляшей, прилипших к моей одежде в разных местах.

Теперь, вблизи, я понял, что они такое, — артефакты, определяющие, говорит ли человек правду. Причем не какие-то обычные, а крайне дорогой и мощный комплект. Похоже, все еще серьезнее, чем я мог представить, раз его решили использовать. На моей памяти его, наверно, никогда не доставали из хранилища, во всяком случае, я лишь слышал про него, но никогда не видел вживую, не говоря про то, чтобы использовать его.