И полсотни паладинов пойдут с отрядом, который будет пробиваться к прорыву Грани. Они заменят в нем всех бойцов ближнего боя, которых предполагалось брать. Тут уже особых споров не было — все были согласны, что паладины там должны быть. И еще полторы сотни человек — это маги.

По поводу состава этого отряда долго шли споры. Кто-то настаивал на том, что нужно взять больше бойцов ближнего боя. Кто-то на том, что вообще отряд должен быть больше. Кто-то, наоборот, доказывал, что отряд слишком большой, нужно, чтобы он был меньше, но и отрядов было несколько — один закрепится непосредственно у прорыва Грани, а остальные дальше.

Но, немного поспорив, решили все же остановиться на первоначальном варианте в виде одного отряда в две сотни человек. Он выглядел самым сбалансированным — и не слишком большой, не будет особых проблем с передвижением такой кучи людей, но и не маленький, если вдруг что, смять его быстро у врага не получится.

Магов взяли побольше, они там точно пригодятся. А один паладин спокойно заменяет собой нескольких обычных бойцов, которые есть в нашем распоряжении. Так что тут все даже с некоторым запасом по сравнению с тем, если бы Ронэ не привела нам подкрепление.

И я тоже пойду с этим отрядом. Это вызвало еще одну волну ожесточенных споров — почти все пытались отговорить меня, напирая на то, что я бургомистр и не должен участвовать в таком. Если мне так уж хочется побить тварей Грани и внести свой личный вклад, то лучше уж с каким-нибудь отрядом зайти в город — не так рискованно будет.

Однако я все же продавил свое решение, упорно стоя на своем и не слушая ничьих возражений. Да, они были логичными, даже правильными, но я все твердо решил и передумывать не собирался. Почему я иду и настолько непреклонен в этом решении?

И нет, не потому, что хочу лично поучаствовать в закрытии прорыва Грани и проконтролировать этот процесс. Точнее, и поэтому тоже, но это не главная причина. А главное то, что туда пойдет Ронэ. Это самое ответственное и важное направление, и она, как командор, должна быть со своими людьми там. Я пытался ее отговорить, но безрезультатно. Переходить же черту и давить на нее не стал.

Вот и получилось, что мы вдвоем пойдем к прорыву. Насмешка судьбы? Ирония? Не знаю, да и задумываться над этим у меня много времени не было. После утреннего собрания и изучения последней информации от разведчиков план начал воплощаться в реальность, и лагерь превратился в разворошенный улей.

— Господин констебль, вы уверены? — спросил у меня капитан стражи, когда я, полностью снарядившись, подошел к месту сбора отряда, отправляющегося к прорыву Грани. По пути зашел в арсенал и набрал расходников, раз я иду, то и снаряжен должен быть по полной.

— Уверен. Только не начинайте снова, мы уже это обсудили. И я своего мнения не поменял.

— Жаль. Удачи вам, господин констебль. — Попрощавшись со мной, капитан быстрым шагом ушел вглубь лагеря. У него свои задачи, и без дела он сидеть не будет. Тут вообще все чем-то заняты или совсем скоро будут заняты.

Переведя взгляд на Фарген, рассматриваю крепостную стену. Из-за боев она местами начала обваливаться. Сам же город окутан плотным дымом от нестихающих пожаров. Удручающая картина, я его помню другим. Надеюсь, у нас все получится. Мы выбьем тварей из города и закроем наконец этот прорыв. Это не решит окончательно проблему с Варталом и Гранью, но время даст. Но будет ли у меня это время? Так, сейчас не место и не время опять думать об этом, вот разберемся с прорывом, тогда и буду думать.

Десяток минут ожидания, и к месту сбора начали подходить остальные члены отряда. Взяли все же только добровольцев. Ну, почти добровольцев. Тех же паладинов особо не спрашивали, поставив перед фактом, что из них пять десятков пойдут туда. А вот кто именно — это уже оставили на их выбор. Добровольцы ли они? Наверно, можно так сказать.