|
- Будьте осторожны в ваших словах, - задыхаясь, проговорила Консуэло. - Я привыкла вам верить как богу, дорогой учитель, но я не хочу слушать, не хочу верить тому, что вы говорите о моем Андзолето. Пустите меня! - прибавила она, пытаясь высвободить свою руку из-под руки профессора. - Вы просто убиваете меня! - Нет! Я хочу убить твою пагубную любовь, а тебя вернуть к жизни, открыв тебе правду! - ответил старик, прижимая руку девушки к своему возмущенному великодушному сердцу. - Я знаю, что я жесток, Консуэло, но я не умею быть иным. Вот почему я оттягивал этот удар, насколько было возможно. Я все надеялся, что глаза твои откроются и ты сама увидишь, что делается вокруг тебя. Но жизнь не научила тебя ничему, и ты, как слепая, готова броситься в пропасть. Я не допущу этого - я удержу тебя на краю пропасти. В последние десять лет ты была единственным существом, которое я любил и ценил. Ты не должна погибнуть! Нет, нет, не должна! - Но, друг мой, мне не грозит никакая опасности! Неужели вы не верите мне, когда я клянусь вам всем святым, что не нарушила обещания, данного мною матери перед ее смертью? Андзолето тоже сдержал эту клятву. И если я еще не жена его, то, значит, и не любовница. - Но стоит ему сказать слово, и ты будешь и тем и другим! - Да ведь сама моя мать взяла с нас такое обещание! - А между тем сейчас, ночью, ты шла к человеку, который не хочет и не может быть твоим мужем... - Кто вам это сказал? - Разве Корилла ему позволит?.. - Корилла? Что же общего между ним и Кориллой? - Мы в двух шагах от дома этой девки... Ты ищешь своего жениха... так пойдем за ним туда. Что? Хватит у тебя на это мужества? - Нет, нет! Тысячу раз нет! - воскликнула Консуэло, еле держась на ногах и прислоняясь к стене. - Не отнимайте у меня жизни, дорогой учитель, ведь я еще совсем не жила! Не убивайте меня! Поймите, вы меня убиваете! - Ты должна испить эту чашу, - продолжал неумолимый старик. - Мне здесь принадлежит роль судьбы. Своей кротостью и снисходительностью я порождал только неблагодарных, а следовательно, и жалких людей. Теперь я вижу: тем, кого я люблю, я должен говорить чистую правду. Это единственная польза, которую может еще принести мое сердце, иссохшее от горя и окаменевшее от страданий. Жаль мне, мое бедное дитя, что в столь злополучный для тебя час нет подле тебя более мягкого, более нежного друга. Но такой, каким меня сделала жизнь, я должен влиять на других, и если я не могу отогреть их солнечным теплом, я должен показывать им правду при блеске молнии. Итак, Консуэло, между нами нет места слабости! Идем в этот дворец! Я хочу, чтобы ты застала Андзолето в объятиях развратной Кориллы. Если ты не в состоянии идти - я потащу тебя; если упадешь - понесу. Когда в сердце старого Порпоры пылает огонь божественного гнева, силы у него найдутся! - Пощадите, пощадите! - вскричала бледная как полотно Консуэло. - Оставьте мне хоть сомнение... Позвольте еще день... один только день... верить в него. Я не готова к этой пытке... - Нет! Ни одного дня, ни одного часа! - отрезал старик непреклонно. - Упустив этот час, я, быть может, уже не смогу воочию показать тебе истину, а тем днем, который ты вымаливаешь у меня, воспользуется этот негодяй, чтобы опять ослепить тебя ложью. Нет, ты пойдешь со мной! Я хочу этого, я приказываю! - Хорошо! Я пойду! - проговорила Консуэло, чувствуя новый прилив любви и сил. |
