Первым делом следовало навести порядок, и вставшего, наконец, Фаррелла, прихватили за локти двое коллег-сержантов. Хлюст – ни разу не дурак! – верно понял жест командира, и приблизился к Крейгу.

Майор чуть склонил голову в сторону курсанта, слегка приподняв правую бровь и почти незаметно кивнув в сторону лестницы.

– Миз Катрина Галлахер работает на Большом Шанхае в консалтинговом агентстве.

Час от часу не легче! Акции каноника собора Святого Варнавы, и без того не слишком высоко котирующиеся на личной бирже Бенджамина Крейга, провалились до планетного ядра. Шанхайский консультант! На «базе „Шекспир“»! Куда смотрел этот чёртов растяпа?! А самое главное – зачем эта красотка с безукоризненными, если верить отцу Полу, документами прибыла именно сюда и именно теперь?

Ярость улеглась так же быстро, как и вспыхнула. Первое побуждение – грохнуть девицу без долгих разбирательств – было успешно обуздано и отложено до лучших (или худших) времён. Убивать нельзя, никак нельзя. По крайней мере, до тех пор, пока не выяснится, что и с чьей подачи эта самая Катрина Галлахер забыла здесь и сейчас.

– Приветствую вас на базе Галактического Легиона «Шекспир», миз Галлахер, – с ироничной учтивостью произнёс Крейг, делая шаг вперёд. – Майор Бенджамин Крейг, командир. Не имею возможности сказать «к вашим услугам», поскольку…

– Поскольку оказывать мне услуги не входит в ваши должностные обязанности, – бесстрастно откликнулась женщина, по-прежнему стоящая на верхней ступеньке.

– И это тоже, – кивнул Крейг.

Скука, донимавшая его всё время проведения операции, растворялась так быстро, что он не успевал следить за процессом. Подчинённые и коллеги, негромко переговаривавшиеся за спиной, нисколько не раздражали, напротив – создавали необходимую атмосферу.

Почему-то вдруг захотелось побыть куртуазным (откуда и слово-то взялось?), и он, рисуясь, повёл рукой в сторону одного из сдвинутых к стенам столов:

– Присядем?

Женщина кивнула, и начала спускаться по лестнице. Чётки перекочевали на правое запястье, обвились безобидными кольцами, превращая бойцовую суку в сравнительно благовоспитанную. Однако сути дела это не меняло, сука она сука и есть. Разве что… в совсем молодой – лет двадцать пять, в пределе двадцать семь – особе было куда больше достоинства и, что важнее, сноровки, чем в том же Фаррелле. Сроки возможной ликвидации сдвигались всё дальше. Даже мелькнула где-то на краю сознания мысль – включить в команду. Жаль, не выйдет. Действительно, жаль. Или, всё-таки?..

А монашка – такая же, что очевидно, «монашка», как он «майор» – подошла почти вплотную, остановившись на расстоянии примерно ярда. И каким-то образом ухитрилась изобразить вопрос прямой спиной, развернутыми плечами и непроницаемым выражением лица.

– Присядем, – повторил Крейг.

Лана уселась на массивный табурет, весьма кстати обнаружившийся рядом со столом. Стол один весил, пожалуй, как весь дом папы Конрада. Ну, или где-то рядом. Однако табурет можно было в случае острой необходимости использовать в качестве оружия. Мужчине, представившемуся здешним боссом – и, похоже, действительно являющемуся таковым – двое подчинённых сержантов приволокли кресло. Один, пожалуй, не поднял бы.

– Итак, миз Галлахер, не так ли? – заговорил «майор Крейг», сообразив, должно быть, что невольная гостья начинать беседу не собирается.

Ещё бы ей начинать! Для стопроцентной идентификации не хватало данных, но предварительно – по анализу телосложения, тембра голоса и комплексной пластики движений – шеф «принимающей стороны» здорово походил на Стэнли Эккера («В контакт не вступать, уничтожить!»), а это само по себе заставляло подобраться.