Волков присмотрелся повнимательнее: ух, ты, горящие чахоточным румянцем щеки, лихорадочно блестящие глаза, лицо с явными следами азарта и радости свершения. Картина маслом из серии: «Мятеж левых эсэров подавлен, товарищ Дзержинский! Разрешите начать расстрелы?»

— Пойдем, — не успел Сергей подойти к лестнице, как Шишкин, обогнав его как стоячего, рванул наверх.

— Куда дальше? — заорал на бегу.

— По коридору до конца, последняя дверь направо за углом… — и только сапоги застучали.

Первым делом товарищ капитан сорвал печать и извлек из чемоданчика заполненный типографским способом документ с угловым штампом в левом верхнем углу и выложил на стол перед Сергеем.

— Давай.

— Что давать-то?

— Заполни, распишись и поставь дату.

— Зачем?

— Ты, что, совсем идиот? Это подписка о неразглашении.

— Неразглашении чего?

— Того, что сейчас узнаешь.

— А как я могу не разглашать то, чего не знаю? — на полном серьезе полюбопытствовал Волков и округлил глаза.

— По-моему, ты нарываешься, — прищурился чекист.

— А по-моему, я только что забыл китайский.

С минуту они молча смотрели друг на друга, угрожающе один и с искренней придурью во взоре второй. Как и следовало ожидать, первым не выдержал Шишкин.

— Ладно, потом разберемся. Слушай внимательно, — тут он приосанился. — Я только что раскрыл валютное дело, — извлек и аккуратно положил на стол несколько бумажек, очень похожих на банкноты.

Волков взял одну из них, осмотрел, после чего неторопливо разложил все на две стопочки.

— Картина ясна, — сказал он. — Что тебя интересует конкретно?

— Это юани?

— Да.

— Китайские?

— Конечно.

— На какую сумму всего?

— На какую сумму? — Волков так же неторопливо принялся пересчитывать банкноты в первой стопочке. — Одна, две, три…двенадцать — и во второй. — Одна, две, три, четыре… Всего получается четыре триллиона, один миллиард и двести миллионов юаней. Думаю, что это несколько годовых бюджетов Китайской Народной Республики. Поздравляю, капитан, ты очень богатый человек.

— Что ты сказал?

— Повторяю, четыре триллиона…

— Погоди, — тот ткнул пальцем в одну из бумажек. — А где нули?

— Китайцы обходятся без них.

— Сколько здесь?

— Сто миллионов.

— Как читается по-китайски?

— «И».

— Ни хрена ты, переводчик, не знаешь. Я, чтоб ты знал, навел справки, — он достал из кармана блокнот. — «И» по-китайски значит «один». Расскажу твоим в части, засмеют.

— Расскажи. Только в китайском языке полно слов, которые читаются одинаково, а пишутся по-разному, а потому имеют разное значение. К примеру, знаешь слово на букву «х» из трех букв всего?

— Ты имеешь в виду?..

— Совершенно верно. Так вот, по-китайски так звучит слова «собрание», «серый», имеется в виду цвет, а также «возвращаться», «уметь» и многое, многое другое. Такой вот язык.

— В словаре посмотри, — просипел особист.

— А зачем, и так все ясно. Вот сюда глянь, — и указал на иероглифы в рамочке. — Знаешь, что здесь написано?

— Нет.