— Уборщика мне пришли, — попросил я.

— Какова планируемая площадь уборки? Каков тип убираемого ландшафта? — деловито осведомился диспетчер.

— Общая площадь квартиры — тридцать девять квадратных метров. — Я поднял глаза на обои, заляпанные чем-то вязким и красным. — Плюс стены и потолок. Возможно, потребуется мелкий ремонт замков, дверей и прочей хрени. Оконное стекло пусть захватит. На стандартный пакет 508-й серии. Самое обычное стекло. Стеклянное. Никаких изумрудных фильтров. Знаю я ваши фокусы.

— Ноль семьдесят пять трудодня, не считая расходных материалов, — бодро и без задержки отбарабанил робот. — Возможно незначительное изменение цены, как в сторону увеличения, так и в сторону уменьшения.

— Почему так дорого?

На дурацкий вопрос я получил, как водится, дурацкий ответ:

— Цены регулируются центральным плановым комитетом. У вас есть право воспользоваться услугами любой конкурирующей фирмы. Переключить вас на «Московские окна»? Там дешевле.

— Нет, спасибо.

У андроидов из «Московских окон» была плохая репутация. Злые языки утверждали, что они халтурят на каждом шагу, тырят электричество из розеток и нагло обсчитывают заказчиков. Я не очень верил в эти байки, но предпочитал не рисковать.

— Можно считать заказ принятым? — потребовал подтверждения диспетчер, сообразивший, что подлые конкуренты в очередной раз посрамлены.

— Да, — я снова коснулся виска, заканчивая сеанс.

Почему же я ничего не помню? Со мной никогда не случалось ничего подобного. Неужели дело дошло до этой новомодной дряни? Не может быть! Я бы без малейших сомнений пристрелил того гада, который попытался приблизиться ко мне с подобной мерзостью. Внезапно в моей душе стало холодно и пусто. Пристрелил бы! Ведь вместе с «каловым» дипломом я получил личное боевое оружие.

Весь вчерашний день мгновенно воскрес в моей памяти. Я жалобно заскулил, отмахиваясь рукой от чего-то невидимого и страшного. Но кошмар не пропал. Это случилось на самом деле, и это случилось со мной. Мне захотелось умереть, а еще лучше никогда не рождаться.

Еще вчера утром я так беспечно вышагивал по проспекту Стачек в направлении ближайшего телепортационного пойнта. Безумно гордый собой, я сам себе казался великаном. На самом деле природа не наделила меня богатырским ростом, и при любых построениях я всегда оказывался на левом фланге, но в тот день я казался себе правофланговым. Временами мне чудилось, что прохожие оглядываются, чтобы получше разглядеть мою форменную темно-синюю куртку косморазведчика. Каюсь, тогда я был уверен, что все окружающие завидуют моим нашивкам, блестящим пуговицам и значку выпускника училища имени Леонова.

Я полной грудью вдыхал влажный морской воздух и любовался зеленью каштанов. Кривая усмешка незнакомого адмирала и брошенные на стол «каловые» корочки будут позже, а тогда я еще мечтал. Мне казалось, что очень скоро моя жизнь самым чудесным образом переменится, что буквально завтра мне предстоит шагать по однообразным стальным коридорам орбитальных станций. Если в распределении будет написано «ШГЮ-203», то я увижу огромное Солнце. Перед моим внутренним взором представало исследовательское судно «Ярило-НГТ», больше похожее на заводскую свалку, чем на сознательное творение разумных существ. Зеленая листва и призрачное ленинградское небо заслонялись сумбурным нагромождением промышленных модулей и причудливо выступающими из-под обшивки пакетами ракетных ускорителей. Корабль шел сквозь хромосферу по границе с короной. Были отчетливо видны огромные солнечные пятна, величаво плывущие по бушующей плазме, хищные щупальца протуберанцев нежно ласкали силовые экраны станции.