Второе энергоинформационное уплотнение оказалось залом техноигр, насыщенным игровыми инк-преобразова­телями и общим эйд-объемом, где зрители-участники мог­ли «пересечься» в полном контакте. На Земле такие объ­емы были запрещены, хотя и существовали подпольно. Ставр знал это совершенно точно.

Для дальнейшего поиска требовалась транспортная си­стема, и разведчикам пришлось потратить пару минут для знакомства с лифтом базы, который оказался сродни прон­зающим вариационным лифтам земных зданий. Лифт вы­нес их к самой крупной из пси-концентраций, располо­женной «наверху» ежастой чечевицы базы, и это уже было то, что надо. По колебаниям полей, сотне пульсирующих струек информации, втекающих и вытекающих отсюда, по «запаху» пси-атмосферы данного сектора станции Ставр с уверенностью определил расположение метро и централь­ной диспетчерской, но его смутило странное ощущение бездны за стеной коридора — едва ощущаемой, на грани тончайших «шорохов», которой там не должно было быть. Видимо, то же самое почувствовал и Мигель, потому что остановился на мгновение перед мигающей пентаграммой на выпуклости стены, обозначающей вход. Давление «го­ры», вернее, «роя» местного пси-поля усилилось скачком.

«Началась тревога!» — сказал Ставр.

«Там не все чисто... я ощущаю нечто...»

«Но у нас нет выхода. Расчет на внезапность не оп­равдался, однако они не ждут нас здесь так скоро».

«А если ждут?»

«Вот и узнаем».

Мигель молча повернулся к двери и сосредоточился на автомате открывания. Дверь лопнула, как тонкая пленка, и они ворвались в помещение, интерьер которого вряд ли удалось бы описать, настолько он был сложен. Но посреди меняющих форму и свечение громад была свободная пло­щадка, на которой лицами к двери стояла группа гротескно похожих на людей и крокодилов существ.

Нас вели! — сообразил Ставр, ловя центрального кай­маноида в перекрестие визира, высвеченное инком наводки на «пси-экране» костюма. Стоило отдать команду, и «шук­ра», встроенный в «бумеранг», начал бы стрельбу. Но Ставр понимал, что всех он уничтожить не успеет.

Раздвинув шеренгу кайманолюдей, вперед вышел не­высокий худощавый человек с шапкой густых вьющихся волос. К-мигрант Юрий Лейбан. Некоторое время гости и хозяева смотрели друг на друга.

«Поздравляю, эрмы,— сказал наконец Лейбан равно­душно.— Ваша подготовка превосходит ожидания. Хорошо, что нас предупредили, не то ваш прорыв мог бы и удаться. Я думаю, соображаете вы так же быстро, как и действуете. Предлагаю поиграть в воинские игры. Ставка — не свобо­да, но жизнь. В противном случае вы умрете, и немед­ленно».

«Гарантии?» — спросил де Сильва. «Мое слово».

Ставр и Мигель переглянулись. Оба знали историю «честного» поединка Аристарха Железовского с каймано­идами и К-мигрантом Свиридовым.

«Если мы ввяжемся в их игры, нас разъединят и за­давят. Или ты предпочитаешь верить К-мигранту?»

«К-мигранты всегда были вне морали, упрекать их не стоит, но иметь это в виду — надо. Если же мы начнем пальбу, кто-нибудь из них зацепит и нас, или же эмиссар просто взорвет этот отсек. А так есть шанс».

«Правильное решение»,— рявкнул Лейбан, оценив за­минку безопасников. Что-то передал союзникам, и кайма­ноиды опустили свои ажурные «пистолеты», стреляющие «пауками». Вперед вышли два кайманочеловека в боевых мундирах, меняющих цветовой рисунок и создающих лож­ные эффекты атаки.