Кит поднял руки, смягчив удар ладонями. Они стали медленно опускаться. Взгляд Марии был сосредоточен. Мышцы ее бедер напряглись, и она слегка покачивалась. Они приблизились друг к другу всего на один или два мучительных миллиметра.

Капля пота, казалось, бесконечно долго скатывалась по шее Кита. Его ноги коснулись металла. Даже в невесомости его колени дрожали. Кит опять оттолкнулся от пола. Его движения были неловкими, и они, медленно вращаясь, поплыли по длинному пустому отсеку. Смех колокольчиком звенел в горле Марии.

Они ударялись о стены, отскакивали, падали, тормозя о рифленые пластиковые поддоны для груза, прикрепленные к полу. Глаза Марии сияли, уголки рта были растянуты в улыбке. Пряди волос падали ей на лицо. Кит схватился за край пластикового поддона, используя его в качестве упора. Бедра девушки приподнялись навстречу ему. Прекрасная Мария откинула голову назад, на ее лице застыла кошачья улыбка. Край поддона начал выскальзывать из рук Кита. Пальцы Марии гладили его ребра.

Кит разжал пальцы, и они поплыли в невесомости, беспорядочно кувыркаясь. Он откинул волосы с лица Марии и поцеловал ее. Ее взгляд был обращен внутрь. Кровь, казалось, прилила к коже Кита. Она сжала пальцами его ягодицы, тихонько всхлипывая. Кит и Мария барахтались в беспорядочном сплетении рук и тел. Наконец, они застыли в изнеможении, повиснув вверх ногами, так что на голову и шею Марии пришелся их суммарный, хотя почти неощутимый вес.

Мария выпрямилась. Они медленно поплыли вверх, перевернулись и опустились на голову Кита. Он перекатился на спину, и пластиковое покрытие врезалось ему в плечи. Тыльной стороной ладони Кит вытер стекавший в глаза пот. Смех Марии щекотал ему шею.

– Я хочу еще, – сказала она.

Кит сделал глубокий вдох.

– Не так быстро.

Она ладонью откинула волосы и неопределенно улыбнулась.

– На корабле есть гормоны. Ты сойдешь с ума, Мария обещает. Мы будем любить друг друга, пока нам не станет так больно, что мы больше не сможем продолжать. А потом я найду болеутоляющее, – она взглянула на него и хихикнула. – Раз мы расстаемся на долгие годы, я хочу получить максимум удовольствия.

– Да, – он моргнул, – конечно.

Мария развязала эластичную ленту и растерла оставшуюся на бедрах красную полосу. Руки Кита касались ее груди. Его сердце наполнилось отчаянием при мысли, что он может потерять ее. Мария заставила его почувствовать, как одинок он был раньше. Он подумал об «Абразо», о тесных каютах корабля, полных родственников, которые усиленно готовились к войне против всего мира, и понял, какой бессмысленной будет его жизнь без Марии.

– Уйдем со мной, – сказал он. – Я люблю тебя.

Он не договорил – ладонь Марии закрыла ему рот на слове «люблю». В ее темных глазах светилась печаль. Она наклонилась и прижалась щекой к его щеке.

– Для пилота есть только Космос. Это все, что нам нужно.

Он закрыл глаза. Сердце его сжималось от тоски. Он ощущал ее запах, его руки ласкали ее тело. Она подняла голову и посмотрела на него. Ее волосы накрыли их, как одеяло, создавая впечатление, что они одни в своем собственном темном и тесном мире.

– Любовь в невесомости – совсем другое дело, – сказала Мария. – Поэтому обитатели планет прилетают на космические базы для развлечений.

– Да, – ответил он. – Наверное.

Он обхватил ее руками и крепко прижал к себе. Он хотел ощутить тяжесть ее тела, что могло бы создать хоть какую‑то иллюзию устойчивости. К своему разочарованию, он понял, что она весит не больше котенка.

Вентиляция работала с перебоями, и в комнате было жарко, пахло жареными с чесноком цыплятами и сексом.