Loading...
Загрузка...

Изменить размер шрифта - +
Я думаю, я надеюсь, ничего не случилось».

Он подождал, пока тонкий лучик пройдет миллионы километров пустоты и донесет до него ее голос.

– Здравствуй, Рик. Я так рада, что ты вернулся.

Ее голос, звучащий почти шепотом на расстоянии, был таким же певучим, как когда‑то. И он вспомнил ее худенькое живое смуглое личико и мальчиковую стрижку – конечно, став старше она наверняка отпустила волосы.

– Ты удивлен, – сказала она. – Наверное, ты не знал, что я работаю в фирме. Твой отец не пишет писем, но твое письмо он получил. Они с капитаном Робом собирались встретить тебя, пока – пока это не произошло.

В ее голосе прозвучало колебание, он понимал, что она боялась сказать лишнее.

– Но ты не волнуйся, Рик, – добавила она поспешно – слишком поспешно, как ему показалось. – С ними все в порядке. Они просто заняты этим новым проектом. Твой отец знал, что ты позвонишь и попросил меня все тебе объяснить.

Но он знал, что она не может сказать всего, если это касалось сити, а по ее взволнованному тону он понял, что это так. Официально сити была неприкосновенна, что соответствовало действительности. По законам Мандата на исследования и работы, проводимые в радиусе менее чем сто километров от всех известных расположений сити, требовалась специальная лицензия.

Когда‑то маленькая фирма Дрейка получила такую лицензию. Это было в период действия контракта, по которому Дрейк и Мак‑Джи устанавливали блинкеры, отмечающие особо опасные скопления сити дрейфа. Это было изобретение Дрейка – цветные зеркала, установленные на тяжелых металлических колесах, непрерывно вращающиеся вокруг опасной породы. Маркеры до сих пор рассылают предупредительные сигналы по всей Солнечной системе, но члены комиссии лишили Дрейка лицензии на контроль и установили свой Сити‑Патруль.

Астериты не имели своих представителей в Комиссии, а Дрейк и Мак‑Джи были всего лишь шахтерами. Даже при том, что они исследовали и пометили такое количество сити дрейфа, они все равно оставались друзьями Брюса О'Баниона, усталого и отчаявшегося борца за свободу планет. Предусмотрительные жители Земли, Марса, Венеры и Юпитерианского Совета все еще побаивались упрямых пионеров космоса, которыми они теперь управляли, за чей счет жили. Кроме того, думал рик, они отчаянно боялись сити.

Анна помолчала, будто ей нечего было сказать ему об этой инженерной работе. Он тоже ничего не сказал. Слишком много шпионов слушают их, да и слишком много времени потребуется световому лучу, чтобы передать ей его вопросы.

– В четырех миллионах километров от Обании есть маленькая планета, – внезапно произнесла она, и он уловил напряжение в ее приглушенном голосе.

– «Маленький металлический астероид, именно такой как нужен твоему отцу для… для металлургической лаборатории.

Он понял ее колебание, он знал, что она имела в виду сити‑лабораторию.

– Сейчас он обдумывает способ легального получения этой планеты. Знаешь, капитан Роб обнаружил, что она движется по направлению к маленьким сити планетоидам, помеченным ими насколько лет назад. И они нашли старый закон Мандата, дающий любому право владения необитаемой планетой, если Мандат сочтет, что она создает опасность столкновения с сити, с условием изменения ее орбиты»…

Рик беспокойно поежился в темноте маленькой телефонной будки. Он знал об этом законе, принятом с целью предотвращения взрывов, которые загромождали космические дороги новыми скоплениями смертоносной метеорной пыли как сити, так и земной породы. Но как могли Дрейк и Мак‑Джи изменить орбиту?

– Разве не замечательно? – тянулась тонкая ниточка ее голоса. – Еще один наш собственный астероид. Для магазинов и заводов, которые хочет построить твой отец. Он разрешил мне дать ему имя, когда составлял обоснование проекта и справку об опасности.

Быстрый переход
Мы в Instagram