Он замолк и долго сидел призадумавшись. – Теперь пора подумать и о его сыне, – сказал он, наконец, вставая. – Как часто просит меня мать освободить ее Вольнота и Гакона… Да я ведь уже не раз требовал их обратно от герцога Вильгельма, но он постоянно находит отговорки и даже отвечает уклончиво на просьбы самого короля. Теперь же, когда герцог прислал ко мне этого норманна с письмом, он уже не может, не нарушая справедливости, отказать мне в просьбе вернуть Гакона и Вольнота.

   Глава III

   Малье де-Гравиль, как следует истому воину, едва положил голову на подушку, как уже заснул богатырским сном, не допускающим даже сновидений. Но около полуночи он был пробужден таким шумом, который разбудил бы не только его, но и семерых спящих сказочных витязей: слышались крики, треск, звуки рогов. Он вскочил с постели и увидел, что вся комната освещена каким-то кровавым, зловещим светом. Первой его мыслью было, что крепость горит, но когда он вскочил на лавку, которой была обнесена стена, и взглянул в отверстие башни, ему показалось, что вся окрестность слилась в одно пламя, и сквозь эту огненную атмосферу он ясно разглядел, что сотни людей переплывали речку, перелезали через валы окопа, бросались на дротики осажденных, прорывали их ряды и рогатки, пытаясь войти вовнутрь окопов. Одни были полувооруженные, в шлемах и нагрудниках; другие – в полотняных туниках, третьи – почти совсем нагие. Громкие крики: «Хвала Водену!» сливались с криками: «Выходи, выходи за веру наших отцов»! Норманн тотчас понял, что валлийцы штурмовали саксонский стан; немного времени потребовалось ловкому рыцарю, чтобы одеться в кольчугу и схватить меч. Он выбежал из комнаты и спустился с лестницы а сени, наполненные людьми, поспешно вооружавшимися.

   – Где Гарольд? – спросил у них рыцарь.

   – На окопах, – ответил Сексвольф, застегивая кожаный нагрудник. Валлийские дьяволы выползли-таки из своего ада!

   – А это их вестовые огни?.. Значит: вся страна идет на нас?

   – Полно болтать вздор! – произнес Сексвольф. – Все эти холмы заняты часовыми Гарольда, наши лазутчики известили их; и вестовые огни предупредили нас прежде, чем враги приблизились к нам; если бы не это, то мы все уже уснули бы теперь сном вечности, или – искрошенные в куски… Эй, товарищи, строиться и выступать!

   – Постой, постой! – воскликнул рыцарь. – Разве здесь нет монаха, чтобы благословить нас на бой!

   – Очень нужно! – ответил Сексвольф и вышел наружу.

   Страшное зрелище представилось им, как только они вышли на открытое место. Хотя битва началась недавно, однако резня была уже в полном разгаре. Ободренные превосходством числа, пылая храбростью, похожей на бешенство сумасшедших, бритты перешли окопы, переплыли реку, хватали руками противопоставляемые им дротики, скакали через трупы павших и с криками безумной радости кидались на тесные ряды, выстроившиеся перед крепостью. Река текла кровью, в полном смысле этого слова; пораженные стрелами трупы всплывали и исчезали, между тем как с противоположного берега толпы бесстрашно бросались в воду, чтобы переплыть к стану неприятеля.