— Вот даже как! А чем женщины постарше вам не угодили? — ухмыльнулся я, считая, что профессор меня разыгрывает.

— Ларри, как ты знаешь, с годами у людей становятся хуже слух и зрение. Но не только. Люди с возрастом теряют ещё и возможность ощущать тонкие нотки вкуса. И ты зря смотришь на меня с таким недоверием, прикидывая сейчас, а сколько же мне лет. Знаешь ли, я всегда был гурманом, а когда в жизни остаётся не так много радостей, и ты вдруг перестаёшь получать прежнее наслаждение от вин и самых изысканных блюд, то жизнь становится пресной и неинтересной. Но только не для людей науки. Над артефактом Обострение Чувств я работал два года. Несколько раз я всё переделывал, начиная чуть ли не заново, а потом пару месяцев настраивал артефакт под себя, взяв в качестве образца параметры одного шестнадцатилетнего охотника. В итоге получилась довольно занятная вещица. Все мои органы восприятия работают, как у молодого, и даже чуть лучше. К примеру, я неплохо вижу в такой темноте, когда другие выставляют перед собой руки, чтобы ни на что не наткнуться. Правда, в кромешной тьме ничего не вижу, но зато ночью мне достаточно даже света звёзд, чтобы разглядеть человека в трёхстах шагах от себя.

— Действительно занятная вещица. Даже я не отказался бы от такой. И как она выглядит?

— Как обычная дужка, одеваемая на ухо, с застёжкой на мочке, — откинул профессор прядь волос, демонстрируя мне девайс из полукруглой заушной скобы с каким-то подобием клипсы в его нижней части, — Как видишь, держится надёжно и прилично усиливает зрение, слух, обоняние и вкусовые ощущения.

— Профессор, но это же успех! Я уверен, что в стране найдутся сотни желающих, готовых приобрести такой артефакт за весьма приличные деньги.

— Видишь ли, Ларри, доход артефактора не всегда зависит от того, насколько дорогую вещь он создал. К примеру, изготовив своё Обострение Чувств за полгода, я смогу создать следующий образец гораздо быстрей, скажем, за полтора-два месяца довольно упорного труда по вечерам. Потом мне придётся ещё пару-тройку недель настраивать его под физиологические особенности клиента. Сам понимаешь, к старости все люди разные. У кого-то проблемы со слухом, почти у всех ухудшается зрение, многие отвыкли от резких запахов и вкуса. Какой мне смысл возится с одним индивидуальным артефактом, если за это время я смогу, вовсе не напрягаясь, сделать два-три универсальных изделия, вроде твоего накопителя Силы, и каждый из них мне принесёт примерно такую же прибыль, как Обострение Чувств.

— Довольно спорный подход. Я должен подумать, прежде чем решусь вам возражать, — мягко ушёл я от обострения дискуссии, — Но у нас ещё не опробованы две другие бутылки.

На самом деле те сложности с подгонкой артефакта, про которые вещает лэр Фливери, по моему мнению можно обойти крайне просто. Достаточно внести на каждый параметр шкалу градаций, скажем, из пяти ступенек. Это позволит даже обычному подмастерью, пусть и грубовато, но выставить желаемые предпочтения каждому клиенту. А всего-то нужно будет перечеркнуть штихелем каналы проводников Силы к соответствующим ячейкам, начиная от слабых и восходя к более сильным усилениям.

Опробовав все вина, профессор признал их весьма и весьма достойными.