— Графом его хоть сейчас можно сделать. Должность соответствует. Ущерба для Империи никакого, так как под этот титул землю ему майри выделяют. Заслуги и награды он уже имеет, — перечислил Император, чуть морщась.

— Что-то не так? — уловил Орейро тень недовольства, мелькнувшую на лице Императора лишь на долю секунды.

— Не знаю, в курсе ты или нет, но я, где-то с месяц назад, завёл себе нового советника, молодого, но подающего изрядные надежды. Пока он у меня на испытательном сроке, и я проверяю его советы на вопросах далеко не самой высокой значимости. Так что предложение майри о посольстве я ему на изучение передал. Плюсы, которые майри предложили, он счёл вполне обоснованными и выполнимыми, а вот в вопросах минусов несколько серьёзных моментов изложил.

— Расскажешь?

— Почему бы и нет, — пожал плечами правитель, принимая от брата бокал с вином и пару раз махнул над ним рукой, чтобы ощутить аромат напитка, — У-у… Моё любимое.

— Пятилетнее, — подтвердил герцог, — То самое, из лучшего урожая с юго-западного склона.

— Один из самых больших минусов, как бы смешно это ни звучало, состоит в том, что Ларри может перестать писать пьесы, — покатал Император на языке самый первый, небольшой глоток вина, — Всё дело в том, что мы невольно, не без помощи Ронси, стали одним из признанных лидеров в культуре, и это положение существенно повлияло на многие политические и экономические расклады. Дипломаты просто в восторге от того, что с языка даже самых наших злобных соперников стали исчезать любые упоминания про варваров. Купцы радуются, что на нашу одежду, ткани и вина возник невиданный ранее спрос. Министерство образования докладывает про выросший втрое приток иностранных студентов, желающих обучаться у нас на платной основе.

— Серьёзно, — по достоинству оценил Орейро озвученные результаты, — Догадываюсь, что и на поступлении налогов в казну это сказалось.

— Представь себе, сказалось. Пусть и не так значительно, как бы хотелось, но даже наши скупердяи из казначейства это признают. Следующий момент, на который мой молодой советник обратил внимание — это земли, которые будут предложены новому графу.

— Там, вроде остров какой-то, и далеко не маленький? — высказал герцог свою осведомлённость, давая понять, что он старается держать руку на пульсе придворной жизни.

— Вот и я так посчитал, пока с замечаниями советника не ознакомился. Должен сказать — он справедливо заметил, что остров относится не к землям Империи, а к автономии майри.

— И что в этом страшного?

— Как ты считаешь, куда будущий граф Ронси станет обязан перечислять налоги со своего острова? — скучным голосом спросил государь, и даже глаза в сторону увёл, якобы любуясь видами дорогущего мозаичного витража, которые постоянно менялись по мере движения солнца.

Многогранные полированные призмы из хрусталя словно считывали каждый градус светила и по мере его передвижения подсвечивали ту или иную часть витража, каждый раз наполняя её новыми красками. Искусная и изысканная работа, в которой нет ни капли магии.

— Догадываюсь, что в казну автономии, а те, в свою очередь, выделят долю в казну Империи.

— Правильно, — всё так же спокойно отметил государь, — Вот только вздумай мы провести проверку — нам она окажется недоступна, а вот правителям майри вполне и вполне. Собственно, так и со многими другими вопросами. Выходит, мы серьёзных рычагов давления на новое графство иметь не будем, а вот майри — те смогут.

— Отчего бы не перевести остров в прямое имперское подчинение?

— И нарушить целый ряд основополагающих законов, лежащих краеугольным камнем при создании Империи? Не забывай — кроме майри, которые, дай Релти, лишь во-втором или третьем поколении только начали говорить на общеимперском языке, там никого нет.