Не обращая внимания на его сарказм, Максуин вновь повернулся к Микаэле.

– Вы прекрасны и умны, миледи, – произнес он с некоторым пафосом, – но как женщина просто не в состоянии понять кое-какие вещи. Глас-Эйлин – твердыня, охраняющая морской путь к островам. От того, в чьих руках она находится, зависит, сумеем ли мы обеспечить безопасность всей Западной Шотландии. Это должны быть по-настоящему сильные руки!

– Вы напрасно думаете, что я этого не понимаю, – возразила молодая женщина. – Глас-Эйлином от моего имени может управлять мой брат Гэвин.

– Гэвин Фолкенер не имеет права выставить меня оттуда! – нахмурился Максуин. – Охранять Глас-Эйлин меня назначил сам король, и только он может отменить мои полномочия. Так что зарубите себе на носу: до свадьбы с верным воином короля ваши права на Глас-Эйлин – пустая формальность. Занимайтесь-ка лучше царапинами и простудами, а серьезные дела оставьте нам, мужчинам!

Он коротко поклонился и направился к воротам замка.

Микаэла была вне себя от гнева.

– Как он смеет?! Этот человек должен был передать Глас-Эйлин Гэвину месяц назад – без всяких возражений, как подобает доброму вассалу короля!

– Предоставьте Гэвину самому все уладить с королем, – хмуро посоветовал Дайрмид.

– Но они оба слишком далеко. Единственный человек, который может уладить это дело, – вы! – заявила она упрямо.

– Я ведь уже сказал, что не стану из-за вас воевать с Ранальдом.

– Но разве обязательно с ним воевать? Люди Гэвина уже пытались, и один из них был убит. Я не хочу новых жертв. Максуин – ваш зять, поговорите с ним как мужчина с мужчиной! Может быть, вам удастся его переубедить, и тогда вы избавите от неприятностей и его, и Гэвина, да и короля Роберта Брюса.

Дайрмид отвел глаза и стал смотреть на спокойную гладь воды.

– Вы же говорили, что готовы выполнить любое мое желание в обмен на чудо исцеления, – напомнила Микаэла.

– Воевать с Ранальдом я не буду! – отрезал он.

Микаэла почувствовала себя так, будто с разбега наткнулась на стеклянную стену. Этот Дайрмид настоящий истукан! Что ж, посмотрим, кто кого переупрямит!

– Как бы то ни было, таково мое условие, – сказала она, гордо выпятив подбородок, – если вы действительно ждете от меня чуда.

Его глаза потемнели, как море в штормовую погоду.

– Значит, у нас не будет никаких чудес! – бросил он и, развернувшись, быстро пошел к замку.

Микаэла застыла, словно от удара. Ее охватило чувство безысходности и ужасной потери – взаимное притяжение, которое возникло между ней и этим суровым человеком в последние несколько дней, внезапно оборвалось. Она понимала, что их влечет друг к другу вопреки морали и здравому смыслу – ведь лэрд был женат, – но сейчас, когда всему этому, похоже, пришел конец, в душе образовалась пустота. Выход был один: уехать отсюда, и как можно скорее!

Микаэла поежилась, глядя на мелкие волны, бившиеся о скалу у ее ног. И зачем она потребовала от Дайрмида невозможного?! Всего несколько дней назад она не хотела ехать с ним сюда, а теперь мысль о скором отъезде приводила ее в отчаяние. Оставить бедняжку Бригит, которой она могла бы помочь правильно выбранным лечением, расстаться с Дайрмидом, не разгадав ни одной из его тщательно хранимых тайн, никогда больше не видеть его обворожительной улыбки, не чувствовать его прикосновений, от которых по телу пробегает теплая дрожь…

Микаэла тяжело вздохнула. Пожалуй, лучше уехать из замка прямо сейчас и навсегда забыть о даншенских Кемпбеллах! Но как оставить бедняжку Бригит?..

Поколебавшись, Микаэла медленно пошла к воротам замка.