Вот кровь,

   Здесь была кровь.

   Ищи убийцу,

   Найди мужчину,

   Найди женщину,

   Найди ребенка.

   Кровь ищет кровь.

   Укажи в нужную сторону,

   Не ошибись.

   Кровь ищет кровь.

   Сначала кинжал висел неподвижно; вдруг он крутанулся, указав острием на деревню.

   — Так я и думал... — начал было я.

   Но тотчас же лезвие снова пришло в движение, начало рыскать из стороны в сторону, словно гончая, пытающаяся унюхать след. Наконец оно остановилось, отвернувшись градусов на десять от деревни.

   — Что это значит? — спросил я.

   — Подождите, — сказала провидица. — Дайте убедиться наверняка. — Она снова пропела свою песнь, и опять кинжал вел себя как в предыдущий раз. — Этих солдат убили не жители деревни. Кинжал показывает в ту сторону, где находятся настоящие убийцы.

   Полагаю, крестьяне знали о том, что должно будет случиться, но побоялись предупредить солдат. Нож показывает, что на них также лежит какая-то вина. Я это сразу почувствовала, — продолжала она, — но я не вижу в деревне ни врагов, ни опасности. Правда, я не вполне уверена в своих ощущениях, но все же предлагаю задуматься над моими словами.

   — Ты сказала, на жителях деревни также лежит часть вины, — решительно заявил Кутулу. — Этого достаточно.

   Промолчав, Синаит выжидательно посмотрела на меня. Я снова вспомнил кровожадного стражника, и мой гнев чуть поостыл.

   — Трибун, — сказал Кутулу, видя мое колебание, — несомненно, эти люди виновны и должны понести наказание. Неужели мы должны забыть о них и гоняться за призраками, скрывшимися в горах?

   — Провидица, — сказал я, — в словах главного полицейского империи есть смысл. Можно ли схватить истинных виновных?

   — Не знаю, — честно призналась Синаит. — У вас есть карта этих мест?

   — Домициус Биканер, будь добр, принеси карту!

   — Слушаюсь, сэр!

   Достав из седельной сумки свиток пергамента, капитан Ласта передал его Биканеру, и тот поспешил к нам.

   — Вы не могли бы... привязать ее к местности — кажется, это так называется? — спросила Синаит.

   Спешившись, я расстелил карту на земле и, ориентируясь по деревне и возвышавшемуся неподалеку гребню холма, без труда определил наше местонахождение.

   — Где именно мы находимся?

   Опустившись на колено, я указал пальцем. Присев на корточки рядом со мной, Синаит взяла в руку пригоршню мокрой земли и прикоснулась к нужной точке на карте.

   Ты тот, кого изображаешь,

   Ты тот, кого представляешь.

   Скажи мне правду,

   И да помогут тебе

   Джакини, богиня Земли,

   Лимакс, бог этой страны,

   И та, которую нельзя упоминать вслух,

   Но которая знает, знает,

   Которая знает, что я чту ее.

   Превратись в то, что ты изображаешь.

   Я готов был поклясться, что на мгновение карта превратилась в уменьшенную копию окружающей местности.