Женщина только покачала головой. Теперь, когда их взору открылся истинный масштаб всего предприятия, оно внезапно показалось отчаянным и даже почти безнадежным.

16

ОБЪЯВЛЕНИЕ ВОЙНЫ

Все снова собрались в комнате военного совета в этот же день позднее, причем в этот раз к ним присоединились еще и проктор Биллевин и брат Джеймесис. Оба человека из Гайби возбужденно говорили о перспективах войны с Эйвоном, однако у обоих, особенно у проктора Биллевина, как казалось Лютиену, имелись какие-то серьезные соображения и оговорки. Младший Бедвир не знал, что рассказал им Бринд Амор о предыдущих совещаниях, но мог догадаться, что именно их беспокоит.

Все глаза обратились на дверь. Вошел Бринд Амор — с замкнутым и отрешенным выражением лица.

— Это наше последнее совещание, — сказал он, и в голосе его прозвучала непоколебимая уверенность. — Следующее состоится, когда мы вновь соединимся у ворот Карлайла.

Над столом прокатился рокот одобрения. Лютиен взглянул на людей из Гайби — улыбка проктора Биллевина показывала, что он немало заинтригован.

— Я скоро приглашу послов из Гаскони и Эйвона, — объяснил Бринд Амор. — О наших намерениях следует объявить открыто.

— Не следует объявлять войну, пока наши армии не будут готовы к маршу, — вскользь заметил Биллевин.

— Но они уже готовы, — настаивал Бринд Амор. — Даже войско из Гайби.

Выражение лица Биллевина стало суровым.

— Нам с вами еще многое надо обсудить, — спокойно заметил он.

— Ну, не так уж и много, — ответил Бринд Амор. — При всем моем уважении к вашей позиции и при том, что я отчетливо осознаю, как отчаянно необходимо нам ваше влиятельное сотрудничество, я не могу отказаться от того, что уже сделано.

— Вы подписали договор с Асмундом? — резко спросил Биллевин.

«Вот в чем дело, — подумал Лютиен. — Люди из Гайби, которые совсем недавно претерпели осаду хьюготов, вовсе не пришли в восторг от перспективы заключить союз с королем Асмундом».

Бринд Амор отрицательно покачал головой, и его пышная белая борода качнулась из стороны в сторону.

— Разумеется, нет, — ответил он. — Моя подпись появится на этом документе только после подписи проктора Биллевина.

— Вы хотите сказать… — начал проктор.

— Что вы, безусловно, выберете то, что принесет наибольшую пользу Эриадору, — перебил его Бринд Амор. Биллевин откинулся на спинку стула, не зная, как реагировать на это неожиданное заявление.

Бринд Амор повернулся, свистнул, и дверь немедленно отворилась. В зал вошла высокая женщина, в красоте которой было что-то неприятное, с черными как смоль волосами, черными глазами и уверенной походкой истинной воительницы.

— Кэйрин Калтуэйн, вождь всадников Эрадоха, — сообщил Бринд Амор, хотя она не нуждалась в представлении. Она была хорошо известна всем присутствующим, и особенно двоим мужчинам из Гайби.

— Мои приветствия, — произнес Биллевин, поднимаясь, чтобы поздороваться с воительницей, близким союзником народа залива Колтуин.