Тенедос был повсюду — раздавая распоряжения, подбадривая людей, даже поддерживая мешки для землекопов. Я отвел его в сторону и спросил, не ощущает ли он за беснующейся толпой направленной магии.

— Нет. Я не ощущаю ничего, кроме угрозы, нависшей над нами. Если это заклинание, то общего свойства, так что едва ли стоит беспокоиться о нем по сравнению с каким-нибудь идиотом снаружи, готовым проломить нам череп камнем из пращи.

Это обеспокоило меня. Немногим раньше я поднялся на крышу главного здания и попытался отыскать зачинщиков беспорядков. В том случае, если ситуация ухудшится, я собирался приказать лучникам перестрелять их. Лучший способ обуздать толпу — отсечь ей голову. Но я не заметил ни одного главаря и потому не знал, с какой стороны атаковать змею; толпа скорее напоминала гнездо ядовитых болотных пиявок, которых нужно разрезать на мелкие кусочки, пока они не перестанут извиваться.

Разумеется, поблизости не было ни кейтских стражников, ни солдат ахима Ферганы.

— Он не станет помогать нападающим, — рассуждал Тенедос. — он еще не вполне уверен, что настало время безоговорочно поддержать Товиети. Но, с другой стороны, он не будет ничего предпринимать, если они ворвутся в посольство. А может быть, он собирается использовать этот инцидент как предлог, чтобы обрушить на секту душителей свою армию... хотя я думаю, он весьма удивится, когда обнаружит, что его солдаты наполовину превратились в поклонников Тхака. Теперь нам остается только ждать дальнейших событий.

Ждать пришлось недолго.

Все началось с града копий, переброшенных через стену. Они со стуком падали на мостовую, не причиняя вреда, но спустя несколько секунд в воздух взвились стрелы, и одна из них ранила пехотинца КЛП.

Затем раздались крики, и толпа атаковала ворота. Они налегали на решетку плечами, пытаясь взломать ее. Пожалуй, они могли бы заниматься этим до конца своих дней, так ничего и не добившись. Через несколько минут появились доски, и сайанцы попытались поднять засов, пользуясь ими как рычагами.

Я приказал им разойтись, но никто не обратил на это внимания; сомневаюсь, что мой крик вообще был слышен в общем реве. Тогда я выстроил лучников в линию и отдал приказ стрелять через решетку. Первый залп был произведен стрелами с тупыми наконечниками, которые использовались для охоты на птиц. Послышались вопли, и несколько человек отошли в сторону, держась за ушибленные места. Но на место каждого выбывшего вставало десять других.

Во второй раз лучники выпустили боевые стрелы, и толпа отпрянула, вопя от боли и ярости.

Я бегом поднялся на одну из платформ и выглянул наружу. В дальнем конце улицы я увидел группу людей, несущих длинный деревянный столб диаметром фута в полтора и явно собиравшихся использовать его в качестве тарана.

Этого было достаточно.

Я попросил Тенедоса держать заклятье наготове и добавил, что дам ему знак, когда настанет время. Речь шла о довольно простом заклинании замешательства, вызывающем беспричинный страх и растерянность. Нумантийских солдат учили ожидать его в начале сражения, не обращать внимания на свои ощущения и подчиняться только приказам уоррентов и старших офицеров. Я решил, что данное заклинание будет эффективно против разношерстной толпы, собравшейся за воротами. Судя по крикам ужаса и поднявшейся неразберихе, так оно и оказалось.

Тогда я приступил к следующему этапу плана. Поскольку в толпе не было явных лидеров, я решил расчленить ее, приказав для этого лучникам дать залп по высокой дуге в дальнюю часть главной улицы — точно так же, как во время битвы они посылают стрелы над передними рядами противника, надеясь поразить вражеских командиров в глубине войска.