|
Но каждый город походил на другой, как две капли воды: протянувшаяся вдоль реки широкая набережная, причал, где небольшая толпа пассажиров ждала следующего рейсового судна, склады, базары, плотные ряды пальм, алабандинов и танигалов. По мере того как перед ним в дымке расстояния проплывали города, Деккерет снова и снова ощущал всю необъятность огромного мира, каким являлся Маджипур: множество его областей, его бесчисленных городов, миллиарды его жителей, расселившихся по трем континентам, столь гигантским, что лишь для того, чтобы пересечь все их по прямой линии, потребовалось бы гораздо больше, чем человеческая жизнь. Здесь, в этой густонаселенной долине, что могла значить Ни‑мойя, а тем более Пятьдесят Городов Замковой горы? Для этих людей низменная долина Зимра сама по себе была целым миром, даже вселенной, живущей своей жизнью и заботившейся о своих собственных делах. А ведь по миру были разбросаны сотни, а может быть и тысячи таких вот маленьких вселенных.
Это же просто чудо, думал он, что столь обширная и густонаселенная планета имела так хорошо организованное управление, что жила в мире с собой, по крайней мере, до этих треволнений последних десятилетий. И снова будет жить мирно, поклялся он про себя, после того как ядовитые семена зла, которые принес в этот мир Мандралиска и его пособники, будут найдены все до единого и выжжены каленым железом. – Перед нами Гоуркэйн, – сообщил Септах Мелайн ярким безоблачным утром, когда вдали показался очередной городок. – И чем же он знаменит, этот Гоуркэйн? – поинтересовался Деккерет. Септах Мелайн произнес это название с небольшим, но совершенно определенным нажимом. – Вообще‑то ничем, мой лорд, если не считать того, что он расположен чуть ниже по реке, чем Сальвамот, а Сальвамот – это как раз то место, где нам назначили свидание наши друзья – Пятеро правителей Зимроэля. Так что мы почти у цели. Сальвамот ничем не отличался от всех других городов долины Зимра, за исключением того, что на причале не было толп горожан, радовавшихся возможности приветствовать короналя, когда его армада приближалась к их городу, как это было до сих пор во всех остальных поселениях, даже в близлежащем Гоуркэйне. Здесь не развевались знамена королевских цветов с портретом лорда Деккерета. На огромном главном причале тесно сгрудившейся кучкой стояли лишь несколько руководителей городского совета. – Такое впечатление, будто мы пересекли какую‑то границу, – сказал Деккерет. – Но ведь до Ни‑мойи еще не одна тысяча миль. Неужели власть Пяти правителей распространяется даже сюда? Любопытно… – Не забывайте, мой лорд, что Дантирия Самбайл был частым гостем этих мест, – заметил Септах Мелайн, – и, уверен, его родственники тоже. Так что местные жители должны питать к этому племени особую привязанность. А еще… посмотрите‑ка туда… Он широким жестом указал на причал, находившийся немного выше по течению. Там стояла дюжина или больше крупных речных судов, на мачтах которых колыхались на легком ветерке большие темно‑красные знамена Самбайлидов, украшенные ярко‑алой эмблемой полумесяца. Нельзя было исключить, что за поворотом, который здесь делала река, скрывались и другие суда с такими же флагами. Так что Пять правителей или кто‑то из них уже прибыли в Сальвамот, причем со своей собственной армадой. В таком случае не было ничего удивительного, что местное население реагировало на прибытие короналя с некоторой осторожностью. Предшествуемый отрядом гвардейцев Замка, Деккерет сошел на берег. Почти сразу же к нему подошел командир стражи в сопровождении коротенького человечка в черных одеждах; на толстой шее человечка висела золотая цепь, свидетельствовавшая о его официальном статусе. Он представился Вероалком Тимараном, главным городским юстициарием. «В других городах меня называли бы мэром, мой лорд», – с величайшей серьезностью проинформировал он Деккерета и выразил свое величайшее восхищение и удовлетворение тем, что его город был выбран для проведения этой исторической встречи. |
