– Вы уже знали об этом, когда писали мне письмо?

– Да, за исключением того, что они присвоили себе титул правителей Зимроэля.

– А как могли эти сведения, хотя бы и частично, попасть аж на Сувраэль?

– Я уже говорил вашей светлости, что имею некоторый навык в проведении расследований.

– Похоже на то. А вот корональ, насколько мне известно, понятия не имеет о том, что происходит в этой части Зимроэля.

– Но когда он узнает…

– Ну конечно, я тоже думаю, что будет война, – Мандралиска сразу понял недоговоренное. Он повернулся и взглянул в лицо маленькому человечку. – Я предлагаю теперь поговорить напрямую. Пятеро правителей Зимроэля глупые и порочные люди. Я глубоко презираю их. Когда вы познакомитесь с ними поближе, тоже начнете их презирать. Однако миллионы людей здесь, на Зимроэле, воспринимают их как законных наследников Дантирии Самбайла и пойдут под их знаменем, как только они открыто поднимут его, начав войну за независимость против правительства Алханроэля. Которую, я полагаю, мы можем с вашей помощью выиграть.

– Это доставило бы мне большое удовольствие. Ведь именно Престимион и его люди погубили моего брата.

– В таком случае вы сможете осуществить вашу месть. Дантирия Самбайл дважды пытался свергнуть Престимиона, но, поскольку он уже был правителем Зимроэля, он оба раза повторял одну и ту же ошибку, поднимая восстание на Алханроэле. Эта ошибка и погубила все дело. Короналя и понтифекса нельзя разбить на их собственной территории, вторгнувшись с Зимроэля. Алханроэль слишком велик для того, чтобы на нем могла одержать победу армия вторжения, да и нельзя организовать полноценное снабжение, когда армию от баз отделяет расстояние в несколько тысяч миль. Но верно и обратное. Никакая армия с другого континента никогда не сможет подчинить себе весь Зимроэль.

– Следовательно, вы намерены превратить Зимроэль в независимое государство?

– А почему бы и нет? Почему мы должны подчиняться Алханроэлю? Какой нам прок от того, что нами управляют король и император, живущие в другой половине мира? Я провозглашу одного из пятерых братьев, самого умного, понтифексом Зимроэля. Один из оставшихся станет его короналем. А мы наконец обретем независимость от Алханроэля.

– Но ведь есть еще и третий континент, – заметил Барджазид. – Какое место отводится в ваших планах Сувраэлю?

– Никакого, – сразу ответил Мандралиска. Вопрос застал его врасплох. Он понял, что вообще никогда не вспоминал о Сувраэле. – Но если он решит тоже провозгласить независимость, то, думаю, сможет достаточно легко сохранить ее. Престимион далеко не дурак и не станет посылать армию в ваши ужасные пустыни; ну а если все‑таки решится, то за какие‑нибудь шесть месяцев жара непременно погубит всех его воинов.

Разные глаза Барджазида вспыхнули лихорадочным блеском.

– В таком случае Сувраэль может получить своего собственного короля.

– Это вполне возможно Да, конечно. – Мандралиска только сейчас понял, куда клонит Барджазид, его лицо расплылось в широкой усмешке. – Браво, мой друг! Браво! Вы назвали цену своей помощи, не так ли? Хаймак Первый Сувраэльский! Что ж, быть по сему. Я поздравляю вас, ваше высочество!

– Я благодарю вас, ваша светлость. – ответил Барджазид с едва ли не искренней признательной и дружеской улыбкой. – Понтифекс Зимроэля… Король Сувраэля… А какую же роль вы отведете себе, граф Мандралиска, после того как эти братья рассядутся на своих тронах?

– Я? Я буду тайным советником, как и в настоящее время. Им все равно будет необходим человек, подсказывающий, что следует делать. Я и стану тем самым человеком.

– А‑а‑а… Ну да, конечно.