– Конечно, я не мог этого сделать, – в тон ей откликнулся Деккерет. – От вашего приглашения я отказаться не мог. И вот я здесь. Фулкари не пригласила меня, а вы пригласили. Хотя я не совсем понимаю зачем. Вараиль, с какой целью вы пригласили меня к себе сегодня? Просто чтобы посетовать на то, что вам неизбежно придется переселиться в Лабиринт?

– Мне кажется, что мы опять ссоримся, – спокойно произнесла Вараиль.

Деккерету захотелось накрыть ее руку ладонью, но такой фамильярности с женой короналя он, конечно, не мог себе позволить. Следя за тем, чтобы его слова прозвучали как можно спокойнее, он сказал:

– Мы оба переживаем непростое время, и напряжение берет свое. Позвольте мне снова спросить вас еще раз: почему я здесь? Только потому, что вам хотелось пообедать в компании? Вы могли пригласить Теотаса и Фиоринду или Гиялориса, или даже Мондиганд‑Климда. Но вы послали за мной, хотя и считали, что я, возможно, намеревался провести вечер с Фулкари.

– Я послала за вами, потому что считаю вас другом, – ответила Вараиль, – человеком, способным понять те чувства, которые испытываю я, зная о возможности перемен в правительстве, человеком, который, по вашим же собственным словам, и сам испытывает нечто подобное. Но также для того, чтобы выяснить, намерены ли вы были провести сегодняшний вечер с Фулкари.

– Ах, Вараиль, какой же окольный путь вы выбрали.

– Вы так считаете? Но в данном случае мне он показался наиболее подходящим.

– Но почему вы вдруг заинтересовались моими планами на вечер?

– По Замку ходят пересуды, что вы утратили к ней интерес.

– Это неправда.

– Ладно. Вы любите ее, Деккерет?

Он почувствовал, как кровь прихлынула к его щекам.

– Вы же знаете, что люблю.

– И все же в первый же вечер по возвращении из поездки вы предпочли ее обществу одиночество.

Деккерет взял салфетку обеими руками за уголки и принялся крутить ее.

– Я уже сказал вам, Вараиль: я хотел побыть один. Подумать о том, что ждет всех нас впереди. Если бы Фулкари пожелала увидеть меня, ей стоило лишь сказать слово, и я тут же отправился бы к ней, как пришел к вам. Но приглашение прибыло не от нее, а от вас.

– Возможно, она решила посмотреть, что вы будете делать.

– А теперь вообразит, что я ваш любовник, не так ли?

Вараиль улыбнулась.

– В этом я очень сомневаюсь. Зато она наверняка подумает, что занимает не слишком важное место в вашей жизни. В противном случае вы именно ей уделили бы первую ночь по возвращении. Это говорит о безразличии, а отнюдь не о страсти.

– Я же сказал, что люблю ее. И она знает об этом.

– Знает?

Деккерет удивленно вскинул брови.

– Неужели вы думаете, что я могу позволить ей сомневаться на этот счет?

– Деккерет, вы говорили с ней о браке?

– Пока еще нет. А‑а… теперь я вижу, с какой целью вы меня здесь допрашивали. –Деккерет уставился в пространство; с его лица исчезло всякое выражение. – Неужели она попросила вас об этом? – холодно спросил он.

В глазах Вараиль вспыхнул мгновенный гнев.

– Деккерет, это уже слишком! Но нет, нет! Она ни о чем не подозревает. Вся вина лежит на мне. Вы мне верите?

– Я никогда не посмел бы сомневаться в ваших словах, госпожа.

– Ну что ж, Деккерет, остается объяснить, в чем дело.