Сола открыла рот, силясь заговорить. Но ничего не получилось.

— Моя голова… плохо работает.

— Все в порядке. — Повинуясь импульсу, он потянулся к ней, но потом опустил руку, будто не знал, что делать.

Сола попыталась проглотить ком, но в горле пересохло.

— Воды?

— Пожалуйста.

Он двигался так быстро, будто ждал шанса сделать для нее хоть что-нибудь. И, когда он открыл еще одну бутылку Поланд Спринг, она собралась отодвинуть мешок, чтобы освободить руки, но оказалась в плену. Нейлон, казалось, весил как асфальт.

— Не шевелись, — сказал он мягко. — Позволь напоить тебя.

— Мои руки не двигаются.

— Я знаю. — Он поднес открытое горлышко к ее губам. — Пей.

Легче сказать, чем сделать. Ее зубы начали стучать.

— Прости, — пробормотала она, разливая воду.

— Эрик, сколько осталось? — спросил он резко.

Рейнж Ровер резко затормозил.

— Уверен, мы на месте… где только…

Она нахмурилась, посмотрев через плечо водителя перед ней. Шаткий забор, освещенный фарами, казалось, можно встретить на ферме… причем заброшенной. Частично ограда покосилась, доски старые, и ржавая проволока сильно запутана.

— Куда мы едем? — спросила она хрипло. — Я думала… что домой.

— Сначала мы должны оказать тебе помощь. — Эссейл опять протянул руку, но отпрянул прежде, чем прикоснуться к ней. — Тебе нужно… ты ранена, и мы не можем отвезти тебя к бабушке в таком виде.

— О, точно. — Господи, она забыла, что была полуголой, раненой и нуждалась в хорошем и долгом душе.

— Спасибо.

— Это не может быть оно.

Эссейл перевел взгляд на лобовое стекло… и посмотрел так, будто ожидал увидеть совсем не это.

— Подъезжай к тому ящику.

Когда они остановились у, вроде как, деревянного скворечника на шаткой палке, водитель опустил стекло и…

Из штуки раздался хриплый голос:

— Я впущу вас. Проезжайте через ворота.

Словно по волшебству, разбитые ворота открылись посередине, бесшумно и плавно.

Дорога по ту сторону была занесенной снегом, но ухоженной. И спустя какое-то время они подъехали к следующей преграде. В этот раз ворота были менее шаткими, повыше, сделаны из ржавых звеньев и все же, казалось, прочно крепились к столбам. И им не пришлось останавливаться… ограждение распахнулось, пуская их.

И они двинулись дальше.

И пока они ехали, череда заборов становилась все новее и внушительней, пока Рейнж Ровер не оказался у чего-то, напоминавшего правительственную постройку: бетонные пилоны, большие, как на мостах Кодвелла, держали прочные металлические панели размером с рекламные щиты. В обе стороны от столбов тянулась стена в двадцать футов высотой, с колючей проволокой наверху и предупреждениями для правонарушителей через каждые десять футов.

Напоминает Парк Юрского периода, подумала Сола.

— Впечатляюще, — протянул водитель.

Как и с предыдущими воротами, проход открылся прежде, чем они смогли остановиться у очевидного пропускного пункта с клавишной панелью, коммуникатором и устройством слежения.

— Это… военная база? — прошептала она.

Может, Эссейл был копом под прикрытием… и в этом случае…

— Мне нужен адвокат? — требовательно спросила она.

— Зачем? — Эссейл не сводил взгляда с того, что надвигалось спереди, он смотрел в лобовое стекло так, будто сам был за рулем.