— Я знаю, что мы должны сделать.

Роф отпрянул, как будто кто-то уронил пианино ему на ногу. А потом на его лице появилось такое выражение, словно его ударили по голове.

— Бэт. Ради всего святого…

— Ты любишь меня, всю меня?

Он оперся своей мощной спиной на стеклянные двери офиса, а Джордж тем временем свернулся клубочком у ног — словно ожидал, что разговор будет долгим.

— Бэт…

— Ну, так что?

— Да, — простонал ее хеллрен.

— Всю меня, человека и вампира.

— Да.

— И ты не предпочтешь одну мою сторону другой, верно?

— Нет.

— Итак, это как Рождество. В смысле, вампиры не отмечают этот праздник, но потому, что Бутч и я привыкли, вы смирились с елкой и украшениями, и теперь все домочадцы готовят подарки, верно?

— Верно, — пробурчал он.

— И когда дело доходит до зимнего солнцестояния, я имею в виду, если вы когда-нибудь соберетесь сделать один из этих шаров, вы же не подумаете, что это как-то более или менее важно или значительно, чем Рождество, верно?

— Верно. — Это было сказано таким тоном, словно в голове он гадал: можно ли избавить себя от мучений, если достать пистолет и нажать на курок?

— Нет разницы. Во всем этом.

— Никакой. Мы можем остановиться?

— Мои убеждения, мои обычаи так же важны, как и ваши, и нет никакой разницы, верно?

— Верно.

— Все они.

— Верно.

Она оторвалась от компьютера.

— Встретимся в фойе через пару часов. Надень что-нибудь милое и элегантное.

— Что… Какого хрена ты задумала?

— То, о чем мы говорили некоторое время назад, но так и не прошли через это.

— Бэт, что происходит?

— Ничего. — Она побежала к шкафу, чтобы оказаться в туннеле раньше Рофа. — И все.

— Почему ты не говоришь мне?

Она колебалась, прежде чем исчезнуть.

— Потому что я боюсь, что ты начнешь со мной спорить. Два часа. Фойе.

Выскочив за потайную панель, она услышала проклятия своего хеллрена, но у нее совсем не было времени на то, чтобы пройти по туннелю со своим мужчиной.

Она должна найти Лэсситера. И Джона Мэтью.

Немедленно.

***

Этим утром Селена впервые попала в тупиковое положение.

Сидя за кухонным столом в большом загородном доме Ривенджа, она завтракала чашкой кофе и домашними лепешками, когда ее разум охватила тревога за судьбу Короля, из-за поцелуев Трэза, тяжелых взглядов айЭма и ее собственного неопределенного будущего…

Но особенно из-за поцелуев Трэза.

Она не видела его на людях или наедине с тех пор, как они вышли из ванной и спустились вниз, чтобы найти его брата на кухне.

Отчасти она была даже рада.

Незаконченное дело между ними — незаконченное дело сексуального характера — было для нее сейчас слишком ярким и волнующим. В тот момент все казалось таким естественным, предопределенным… но впоследствии, с ясной головой и широко открытыми глазами, она гадала, о чем вообще тогда думала.

Будущее неумолимо приближалось, и оно обещало быть достаточно трудным и без влюбленности.

К чему все и шло.

Пока ее мозг буквально скручивало в черепной коробке, Селена сделала глоток, обожгла губу и решила, к своему разочарованию, что в ее кофе просто недостаточно сахара. И она слишком сильно перетерла его в фильтре. Вода тоже оказалась недостаточно холодной, поэтому у напитка появился металлический привкус.