— Ты расскажешь, в чем дело? — спросил Ви.

Раздался щелчок, затем скрип, и мгновение спустя запах турецкого табака донесся до него с большей, если не со всей частью вони отбеливающего фермента в Лизоле.

Когда Роф не ответил, Ви ругнулся под нос.

— Знаешь, Джейн ведь может разобраться с этим, о чем бы ни шла речь.

— Она разбирается в жаждущих периодах? Да? Я так не думаю.

Это заставило брата замолчать на минуту.

В повисшей тишине Рофа охватило сильное желание пройтись… но нельзя, если, конечно, он не хочет, снести всю модную мебель Хэйверса.

— Поговори со мной.

Роф покачал головой.

— Не могу сказать ничего хорошего.

— Как будто раньше тебя это останавливало.

К счастью, Хэйверс выбрал нужный момент для появления… только чтобы застыть на месте сразу за порогом.

— Прощу прощения… — он обратился к Вишесу. — Но здесь нельзя курить.

Голос Ви был скучающим.

— Наша раса не болеет раком… или это для тебя новости?

— Дело в кислородных баках.

— В этой палате есть такой?

— Эм… нет.

— Ну, в таком случае я не стану бегать в поисках оного с сигаретой наперевес.

Роф оборвал все дальнейшие препирательства.

— Закрой дверь.

Гребаный идиот.

— Мне просто нужно задать тебе пару вопросов. И вели своей медсестре уйти.

— Ну… разумеется.

Когда медсестра ушла, и за ней закрылась дверь, страх окрасил воздух, и Роф не винил парня за нервозность.

— Чем могу быть полезен, мой повелитель?

Роф нарисовал в голове образ мужчины, представляя, что на лице Хэйверса, которому самое место в «Лиге Плюща», были те же очки в роговой оправе, на нем был старый белый халат с вышитым именем на лацкане. Будто в клинике кто-то может не знать его личности.

— Я хочу знать, что ты можешь сделать, чтобы остановить жаждущий период у женщины.

Сверчки. Много сверчков.

Ну и Ви, бормотавший под нос что-то начинавшееся с «ТВОЮ» и заканчивающееся какой-то матерью.

Спустя мгновение раздался скрип, будто доктор сел рядом с Рофом на диван.

— Эм, я… я не знаю, как ответить на Ваш вопрос, мой господин.

— А ты попробуй, — сказал Роф сухо. — И быстрее. Я не могу ждать тут всю ночь.

Тихий шорох указывал на то, что доктор теребил свои вещи. Ручку? Или стетоскоп?

— У нее… у женщины, эм… уже началась жажда?

— Нет.

Повисла тишина, и он пожалел, что вообще приехал сюда. Но сейчас поздно уходить, и не потому, что он забыл расположение двери.

— Речь не о моей шеллан. О моем друге.

Господи, словно у него венерическое заболевание или что-то в этом духе.

Но доктор, по крайней мере, немного расслабился. Мужской голос мгновенно успокоился, и он зашевелил ртом.

— К несчастью, у меня нет для Вас приятного ответа. К настоящему времени я не нашел способа остановить процесс. Я пробовал разные вещества, в том числе доступные на человеческом рынке… проблема в том, что у наших женщин выделяется гормон, который, приходя в действие, вызывает ошеломляющую реакцию, охватывающую весь организм. В результате чего человеческие противозачаточные таблетки и уколы не действуют на наших женщин.