— Желает вам смерти? — повторила она, напуганная его зловещим тоном. — Но почему?

— Очевидно, считает, что у меня с ней роман.

Глаза Марии сузились.

— А на самом деле?

Джон покачал головой:

— Нет, она меня не интересует. И я вообще избегаю романов с замужними женщинами.

— Что ж, сэр Джон, — сказала она первое, что пришло ей в голову, — это… благородно. — «Можно ли ему верить? — подумала тут же она. — Он настолько хорош собой, что может покорить любую».

— Спасибо. — Джон дотронулся до незабинтованных кончиков ее пальцев. Он видел, что она подавила инстинктивное желание отдернуть руку. — Но сэру Томасу недостаточно моих слов.

Мария наклонилась к нему, ее изумрудные глаза светились интересом.

— Но тут есть еще что-то. Думаю, мужчины в Шотландии не реагируют столь уж остро на подобные вещи, если у них нет оснований. Почему он подозревает именно вас, а не кого-то другого на корабле? В моей стране, если на женщину падает подобная тень, это считается для нее позором.

— А для мужчины?

— Вы прекрасно знаете, сэр Джон, что у мужчин совсем иной кодекс чести. Но, по-видимому, в данном случае речь идет о верности женщины, а не о вашей.

Капитан встал, подошел к окну, потом повернулся и внимательно на нее посмотрел, как бы решая что-то для себя. Внезапно он пересек каюту быстрым шагом и опять сел рядом.

— Леди Каролина была в свое время моей любовницей, — сказал он. Марию его признание явно шокировало. Джон продолжал: — Наша связь прервалась еще до заключения их брака.

— И как долго она была вашей любовницей? — спросила она, опустив ресницы. Теперь ей стали больше понятны опасения мужа.

Джон откинул голову и захохотал. В ее голосе было явное неодобрение. Но своим признанием он вытащил ее из скорлупы, в которую она пряталась.

— Семь лет.

— Семь лет? — недоверчиво переспросила она. — Это дольше моего замужества.

— Она была свободной женщиной, — оборонялся Джон, — и могла сама решать, с кем ей проводить время.

— Семь лет, — повторила Мария.

— В ее жизни случались в это же время и другие мужчины, — возразил Джон, чувствуя, что должен как-то обелить себя. — Каждый год я был по многу месяцев в море. И в это время она поступала, как ей заблагорассудится.

— Бедный сэр Томас. — Мария неодобрительно покачала головой. — Через что ему приходится проходить.

— Ему! А каково мне? — взорвался Джон.

Мария подняла брови.

— Не похоже, чтобы вы страдали.

— Да, вы так думаете? За мной буквально охотится муж, хотя я совершенно ни при чем. И в это же самое время я знаю, что…

— Что вы знаете? — Мария бессознательно коснулась его руки.

— Я знаю, что у нее на уме, Мария, — прошептал он. — Несмотря на то, что я всячески избегаю ее, я знаю, что она хочет снова быть со мной.

— Но она замужем. — Мария спохватилась. Боже! Она совершенно не знает жизни! До сих пор не знает.

— Я склонен считать, что ее клятвы перед алтарем ничего для нее не значат.

— Но они значат многое для… — Ей хотелось еще раз услышать подтверждение уже сказанного.

— Да, — кивнул Джон, соглашаясь. — У меня нет желания с ней даже разговаривать. Я не люблю ее и хочу, чтобы она оставила меня в покое.