|
По приказанию матери молодой человек ушел к себе, притворяясь спокойным и послушным, хотя его волновали беспорядочные мысли. Екатерина, пришедшая в отчаяние от этой неудачи, позвала командира своей охраны, велела убрать трупы, распорядилась, чтобы Морвеля, который был только ранен, отнесли к нему домой и приказала ни в коем случае не будить короля. — Ох! И на этот раз ускользнул! – опустив голову на грудь, говорила она по дороге к себе в покои. – Десница Божия простерлась над этим человеком. Он будет царствовать! Будет царствовать! Перед тем как открыть дверь в спальню, она провела рукой по лбу и сложила губы в свою обычную улыбку. — Что там такое, ваше величество? – спросили в один голос все присутствующие, кроме г-жи де Сов, которая была так напугана, что не могла задавать вопросы. — Пустяки, – ответила Екатерина, – просто драка, вот и все. — Ой! – вдруг вскрикнула г-жа де Сов, указывая пальцем на то место, где прошла Екатерина. – Ваше величество, вы говорите – пустяки, а каждый шаг ваш оставляет на ковре кровавый след! Глава 6. НОЧЬ КОРОЛЕЙ А в это время Карл IX под руку с Генрихом шагал по городу в сопровождении четырех дворян, шедших сзади, и двух факельщиков, шедших впереди. — Когда я выхожу из Лувра, – говорил несчастный король, – я испытываю такое наслаждение, какое испытываю, когда попадаю в прекрасный лес: я дышу, я живу, я свободен. Генрих улыбнулся. — Как хорошо вам было бы в беарнских горах, ваше величество! – заметил он. — Да, я понимаю, что тебе хочется туда вернуться; но если тебе уж очень невтерпеж, Анрио, – со смехом продолжал Карл, – то советую: будь крайне осторожен, ибо моя мать Екатерина так тебя любит, что без тебя не может жить. — Что вы, ваше величество, собираетесь делать вечером? – спросил Генрих, уклоняясь от этого опасного разговора. — Хочу познакомить тебя кое с кем, Анрио, а ты скажешь мне свое мнение. — Готов к услугам вашего величества. Два короля, сопровождаемые охраной, прошли улицу Савонри и, поравнявшись с домом принца Конде, заметили, что два человека, закутанные в длинные плащи, выходят из потайной двери, которую один из них бесшумно запер за собой. — Ого! – произнес король, обращаясь к Генриху, который тоже всматривался в них, но, по своему обыкновению, молча. – Это заслуживает внимания. — Почему вы так думаете, государь? – спросил король Наваррский. — Речь идет не о тебе, Анрио. Ты уверен в своей жене, – с улыбкой отвечал Карл, – но твой кузен Конде не так уверен в своей, а если уверен, то, черт меня возьми, напрасно! — Но откуда вы взяли, государь, что эти господа были у принцессы Конде? — Чутьем чую. Как только эти двое нас увидели, они сейчас же прижались к двери и стоят там не шелохнувшись. А к тому же у того, что пониже ростом, своеобразный покрой плаща… Ей-Богу, это было бы странно! — Что странно? — Да ничего! Просто мне в голову пришла одна мысль, вот и все. Идем. И он направился прямо к двум мужчинам, а те, заметив, что они привлекают к себе внимание, сделали несколько шагов, намереваясь уйти. — Эй, господа! Остановитесь! – крикнул король. — Это к нам относится? – спросил чей-то голос, заставивший вздрогнуть и Карла, и его спутника. — Ну, Анрио, узнаешь теперь этот голос? – спросил Карл. |
