— Брат?

— Релкин… из городской стражи.

Френтис покачал головой. Женщина застонала, из глаз выкатились красные слезы.

— Аспекты… они в безопасности?

Френтис посмотрел на ряд дверей в камеры. Из одной доносились мягкие, но сильные удары и крики. Слов он не разобрал, услышал только странную властность в голосе.

— Обыщите тела и найдите ключи, — приказал Френтис.

Когда дверь распахнулась, аспект Дендриш отшатнулся, сурово и безнадежно посмотрел на вошедших, будто человек, давно приготовившийся к смерти.

Френтис поклонился:

— Аспект, я — брат Френтис. Думаю, вы не помните, но мы встречались на моем испытании знаниями…

Аспект шумно выдохнул от облегчения. Хотя и осунувшийся, аспект Дендриш не утратил телесную обширность и мощь. В изможденном лице удивительно сохранились властность и величие, которые Френтис помнил еще с испытания.

— Где аспект Элера? — спросил Дендриш.

Элера встретила освободителя, сидя на кровати, сложив руки на коленях.

— Брат Френтис, как вы выросли, — улыбаясь, произнесла она. — Алюций с вами?

По коридору загрохотали сапоги, в дверях появился Иверн, ухмыляющийся еще шире обычного.

— Аспекты, брат Соллис шлет приветствия, — выпалил он, поклонился и добавил для Френтиса: — Он приказал собрать людей и спешить к гавани. Нам уже не нужно удерживать крепость.

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

Ваэлин

В сумраке трюма кожа Норты казалась серой.

— Я уже говорил тебе, как я ненавижу плавать по морю? — осведомился он.

За его спиной солдат крякнул в знак одобрения и принялся блевать в шлем.

— Иди в гальюн! Тебе скоро придется надевать это железо на голову.

Ваэлин похлопал брата по руке и пошел дальше в трюм, где расположились свободные воины, одетые в воларскую форму, затем спустился палубой ниже, где кучковались столь же несчастные сеорда. Гера Дракиль сидел у полуоткрытого иллюминатора, закрыв глаза и открыв рот. Вождь вдыхал свежий морской воздух.

— Мы в пяти милях от гавани, — пояснил Ваэлин и, видя недоумевающий взгляд, добавил: — Мы скоро прибудем. Пусть ваши люди готовятся.

— Они были готовы соскочить с этой жуткой штуки в тот же момент, когда ступили на нее, — злобно сощурившись, ответил вождь.

Без Дарены подбить его на участие в авантюре было непросто. Ваэлин объяснил все в мельчайших подробностях, королева пообещала великие дары и вечную благодарность, если только сеорда согласятся сесть на корабль и поплыть в Варинсхолд. Сеорда выслушал молча и ушел в свой лагерь. Ваэлин с Лирной издали наблюдали за спором. Сеорда — народ не слишком эмоциональный, они редко повышают голос либо жестикулируют, так что военный совет выглядел зловеще. Вожди сидели кружком, обсуждали достоинства плана, и в лагере делалось все тише, спокойнее. Прошло несколько часов, солнце склонилось к закату. Наконец явился Гера Дракиль и с неохотой объявил: «Мы идем на большую воду».

— Соль пятнает каждый вдох, — пожаловался теперь сеорда. — Под ногами нет земли. Как вообще это можно выносить?

— Из жадности или необходимости, — ответил Ваэлин. — Вы помните свою роль?

— Убить всех с двумя мечами, кого встретим, и бежать к большому черному дому, — сказал вождь.

Ваэлин встал. Сеорда пытливо, озабоченно посмотрел на него, как обычно делал с самого Алльтора.

«Чего он ищет? — удивился Ваэлин и посмотрел вождю в глаза. — Он что, сомневается в том, что теперь моими глазами смотрю именно я, а не кто-то другой? И считает, что вернулся не только я, но и еще кто-то или что-то?»

— Ты сейчас, э-э, — выговорил вождь и замолчал, стараясь подыскать слова.