— Ау? — сказала я.

Сверху раздался шум, скрип и шаги на лестнице.

— Привет, — сказал Мерек где-то слева от меня.

— Она в порядке?

Тишина.

— Да. Боится. И злится. Не на тебя, — быстро добавил он. — На Спящего принца. За то, что он так управляет тобой.

Я услышала другие шаги на лестнице, медленнее, чем у Мерека, и я дождалась, пока они зазвучат в комнате.

— Простите, — тут же сказала я. — Я не хотела навредить вам.

Они молчали, а я пыталась хоть что-то разглядеть под повязкой.

А потом холодные пальцы коснулись моего лица, промежутки между некоторыми были слишком большими.

— Почему у нее завязаны глаза? — спросила Марго.

— Потому что… — Мерек начал и замолчал. — Не знаю. Не знаю, может ли он видеть ее глазами, понять, где мы. Я не знаю, как это работает.

— Не думаю, что он видит моими глазами, — сказала я, и повязку тут же убрали. — Не уверена. Но вряд ли он может. Големы не могут видеть, но они как-то нападают, значит, со мной, наверное, так же. И он не может управлять моим разумом. Только телом. Он пишет приказ на бумаге и оборачивает ею куклу.

— Но как это связано с тобой?

— Кровь. Он напитывает куклу моей кровью и добавляет каплю своей, чтобы активировать.

Марго кивнула и посмотрела на Мерека.

— Кровь распадается, — сказала она. — Это ей свойственно. Без свежей крови он вскоре перестанет управлять твоим телом. Но пока что он может делать это.

— А еще он может пробираться в ее сны, — сказал Мерек.

— Он может проникать в твои сны и при этом управлять телом?

Я замешкалась.

— Как-то раз я спала, и он пришел в мой сон, а потом я проснулась и оказалась на подоконнике, а не в кровати… — я поежилась от воспоминания. — Но в тот миг мы оба уже не спали, так что вряд ли он может делать это одновременно.

— Что ж, вам нужно решить, что делать, — сказала Марго. — Все время связанной тебе быть не практично. А как вам двигаться? Как мыться? А если на вас нападут?

— Я же говорила, — сказала я Мереку, злясь на себя, и от этого голос звучал резко. — Я говорила, что мне опасно уходить. Я знала, что Аурек так сделает. Я могла убить вас, — сказала я Марго, краснея от стыда.

— Просто девочке меня не убить, — бросила она через плечо, но я заметила, что уверенности, присущей ей до этого, в голосе нет. До этого она шутила и ехидничала. А теперь она была неуверенна. Из-за меня.

— Может, мне стоит вернуться, — сказала я Мереку. — Сдаться.

Он вздохнул.

— Это будет очень глупо, — заявил он. — Начнем с того, что он тебя сразу убьет. И потом, как и сказала Марго, кровь распадается. Чары, или как он влияет на тебя, рассеются. А Лиф сказал, что попытается уничтожить куклу.

В этот раз мы с Марго хором фыркнули с недоверием и отвращением. А потом я вспомнила, что Лиф отдал Мереку листок.

— Что было на листке? Который дал тебе Лиф.

Он вскинул брови, вспомнив, и вытащил кусок бумаги из кармана. Он развернул его, нахмурился и протянул мне.

Меньше, чем за секунду я поняла, что это рецепт Опус Магнума. Записанный витиеватым почерком моего брата.

Там было все, что я помнила со стола в Конклаве. Сал Салис, щепотка календулы, вьюнок, флакон ангельской воды, спагирический тоник, три лавровых листа, корень мандрагоры, ипомея, кора тиса, колоски пшеницы.