|
Глава 4. Охотник в роли дичи
Март-сентябрь 1793 г.
— Наилучшие пожелания капитана, сэр. Он просит вас спуститься к нему в каюту.
Удивительно, откуда на маленьком куттере мог появиться такой вышколенный слуга, как Меррик. Дринкуотер передал вахту Джессупу и отправился вниз, осторожно спускаясь по накренившемуся трапу.
— Ничего не видно сэр, — отрапортовал он, снимая шляпу. — За исключением «Флоры», конечно.
Не отрывая глаз от только что полученных с фрегата приказов, Гриффитс кивнул.
— Садитесь, мистер Дринкуотер.
Дринкуотер пристроился на диванчике. Не говоря ни слова, Гриффитс подтолкнул к нему через стол графин, подняв взгляд только на миг — убедиться, что Дринкуотер перехватил посуду. Кларет с их последнего приза — неуклюжего маленького бугале, направлявшегося к Сене из Бордо. Недурное вино, да и деньги, вырученные от его продажи, оказались весьма нелишними. Дринкуотер с наслаждением потягивал напиток, глядя на капитана.
За месяцы с тех пор, как «Кестрел»» сделался дозорным, перехватчиком торговли, разведчиком и орудием, наносящим стремительные деморализующие удары, между Дринкуотером и Гриффитсом установились тесные рабочие отношения. Исполняющий обязанности лейтенанта быстро понял, что их с командиром объединяет стремление превратить свой кораблик в эффективное оружие.
Гриффитс свернул бумаги и поднял глаза, потянувшись за кларетом.
— Наши приказы, мистер Дринкуотер, наши приказы. Еще стаканчик?
Дринкуотер терпеливо ждал.
— Сэр Джон Уоррен, — Гриффитс говорил о капитане фрегата, — прислал нам письмо с распоряжением присоединиться к его летучей эскадре, когда та будет сформирована.
Дринкуотер задумался. Действия вместе с фрегатами могут обернуться ему на пользу. Все зависит от того, сколько юных лейтенантов рассчитывают на патронаж. У капитанов, командующих кораблями в Ла-Манше, недостатка в протеже нет. Так что скорее всего, шансы его невелики.
— Когда это ожидается, сэр?
— Кто знает, — Гриффитс пожал плечами. — Жернова Адмиралтейства вращаются не быстрее, чем вершится воля Господа.
Гриффитса явно не вдохновляла потеря независимости, но он поднял глаза и продолжил:
— Пока же для нас есть маленькое дельце. Вроде бывшей нашей работы. Один наш общий приятель намеревается покинуть Францию.
— Общий приятель, сэр?
— Вот именно, мистер Дринкуотер: тот парень, которого мы высадили в Криеле. Он известен под именем майора Брауна. Патент у него от Лейб-Гвардии, только вот сомневаюсь, что хоть раз на королевской службе ему приходилось седлать коня. Свою репутацию он заработал в прошлую войну, имея дела с ирокезами, насколько помнится. И до сих пор задействован на «специальной службе», — последние слова Гриффитс произнес с особым оттенком.
Дринкуотеру вспомнился полноватый веселый мужчина, которого они высадили на берег во время первой операции почти год назад. Его наружность трудно было назвать типичной для офицеров Лейб-Гвардии Его Величества.
Гриффитс почувствовал недоумение подчиненного.
— Герцог Йоркский, мистер Дринкуотер, имеет в своем распоряжении несколько патентов для особо выдающихся офицеров, — лукаво улыбнулся он. — Эти офицеры пользуются привилегиями и почти никогда не вдевают ногу в стремя.
— Понятно, сэр. Когда мы должны забрать его? И где? И есть нас варианты?
— Принесите планшет с картами, поглядим.
— Будь проклята эта погода! — в тысячный раз за утро Гриффитс устремлял взор на запад, но ожидаемого просвета на горизонте так и не было. |