— Я — полукровка, — девушка вложила в непростую фразу изрядную долю гордости. — Имею право отступать от традиций.

— Ты только этого в своем Дворце не говори, — посоветовала Ее Высочество чуть слышно, и стихийница могла бы поклясться, что та одобрительно улыбается.

Когда девушка вошла в куб, осторожно касаясь правой рукой искалеченной стены, сразу поняла, насколько он отличается от собратьев. Ведь за прошедшую Зиму ей не раз доводилось практиковаться в создании Погоды в кубах на крыше Дворца. Девушка не могла видеть появившийся свет сквозь плотную повязку, но моментально почувствовала, как повысилась температура. Градусов на десять-пятнадцать. Более точно Мари умела определять только минусовые значения. Платье быстро прилипло к спине, но это не тревожило.

Нужно сконцентрироваться. Представить ту погоду, которую требовалось создать, а пальцы сами откликнуться. Зрительные образы всегда помогали. Вернее, почти всегда. Не считая манипуляций в этом самом кубе. Год назад. Тогда Мари промахнулась с вожделенным Весенним дождем и разогнала экзаменаторов снежной бурей.

Мысленно отругав себя за некстати постучавшееся в голову воспоминание, девушка призвала на помощь другой образ. Морской берег возле Дворца глубокой Осенью. Пустой и почти готовый сдаться Зиме. Песок не блестел на солнце, не рассыпался горячими гостями под ногами. Впрочем, и само небесное светило не спешило радовать несчастный клочок земли вниманием. Море почернело и с шумом обдавало сырой тусклый берег ледяными волнами, а разлетавшиеся в стороны брызги напоминали иглы.

Для настоящего снега рано. Ведь дети Осени не дали разрешения. Но вот предвестник Зимы будет к месту. Безжалостный северный ветер — воющий и стенающий. Способный сильнее разозлить ледяную воду. Подморозить оставленные во время отлива лужи. Пугающий маленьких детей и вызывающий необъяснимую грусть у взрослых.

Почувствовав, как дрожат пальцы, Мари постаралась расслабиться и дать им свободу. Они знают последовательность плетений и справятся лучше, если не акцентировать внимание на каждом движении и бояться ошибиться.

И ветер пришел. Именно такой, как заказывали. Холодный. Хлещущий по лицу. Остужающий разгоряченное тело. А, главное, появился в одиночестве. Не привел следом ни единой снежинки. А ведь на тренировках Грэма подобное случалось крайне редко.

— Замечательно! — похвалила Веста Мари и наградила аплодисментами. — Теперь заставь ветер побушевать еще минут пятнадцать, а сама выходи. Справишься?

— Да, — Ситэрра вновь активно заработала пальцами. Устанавливать продолжительность осадков и ветров она блестяще научилась еще лет в восемь. В отличие от большинства учеников. Помнится, даже педагогов удивляла подобная прыть получеловека, учитывая, что отпрыски самых именитых кланов осваивали подобное умение годами.

— Спасибо тебе, — Веста сняла с Мари повязку и заглянула в раскрасневшееся от морозных порывов лицо. — У тебя действительно колоссальная сила, девочка-загадка, — Принцесса погладила стихийницу по щеке и ласково улыбнулась. — И, что мне особенно импонирует, ты не кичишься этим.

— Сила — не повод для гордости, — пожала плечами Мари, не понимая, к чему ведет Веста.

— Нет, — согласилась Ее Высочество. — Но многие считают иначе и становятся уязвимы. Твоя же истинная сила — не в умении плести правильные узоры. Когда-нибудь ты поймешь важность своего восприятия мира. Что ж, а теперь мне пора. С минуты на минуту Элла отправит Фина установить мое местонахождение. Меня не должны хватиться. А ты спускайся вниз. Лира с удовольствием напоит тебя горячим чаем.

Следующим удостоил Мари похвалы Грэм. Он появился внезапно и тихо.